Спасение заключалось в том, чтобы выбраться подальше за город, в чисто поле, в буквальном смысле. Те, у кого есть родственники в ближайших населённых пунктах, могли считать себя счастливчиками. Остальные, потоптавшись за городом с ночи и следующие полдня, после обеда потянулись обратно в город. Никому они в этом своём поле оказались не нужны, никто списки "эвакуированных" таким образом не составлял, едой-питьём-обогревом не обеспечивал.

Уже с утра пошли вполне достоверные слухи о мародёрстве: одну из обчищенных квартир воры даже сожгли. И люди вернулись защищать нажитое, хотя на арсенале ещё гремело и оттуда прилетало. Полиции видно не было, и местные жители стихийно формировали отряды по охоте на мародёров. Рассказы о том, что доступ подозрительным лицам в город перекрыт, были лишь рассказами.

Когда же в городе появились МЧС, Нацгвардия и прочие нужные службы, они больше занимались своими важными делами, предоставив местным жителям решать свои проблемы. К воскресенью 26 марта наладили раздачу полиэтиленовой плёнки, чтобы граждане — сами — могли затянуть лишившиеся стекла рамы. Показательный случай: у одного из жителей военного городка накануне ЧП умерла жена. Он попросил власти помочь вывезти покойницу. Начальник полиции категорически отказался иметь дело с гробом — только в мешке. Ладно. Обратились к нацгвардейцам, но те объяснили, что везти труп в их красивой бронированной машине — очень нехорошая примета. Обошлись своими силами. На свои силы и помощь таких же пострадавших в основном рассчитывали и все остальные.

Подписывайся на рассылку новостей Страны в Facebook. Узнавай первым самые важные и интересные новости!