Ожидание начала кастинга в "Х-фактор"
Ожидание начала кастинга в "Х-фактор", фото: Анастасия Пасютина, "Страна"

– Хэло-о-о, итс ми, ай воз вандеринг иф афтер ол зиз йирз ю лак ту ми-и-ит…

Молодая женщина широко открывает рот, пытается перекричать Адель в песне "Hello", которую параллельно включила на телефоне. Мы сидим на скамейке столичного ВДНХ в ожидании начала кастинга в шоу "Х-фактор". Я, внутренне сетуя на свое неумение отказывать, невольно оказываюсь в роли судьи – оккупированной натужным вокалом своей случайной соседки по лавочке. 

Что ж, в сражении с обладательницей 10 статуэток "Грэмми", эта женщина, по крайней мере, выиграла бы в номинации "Громкость". 

– Хэло фром зе азер саа-а-а-а-а-айд!..

Заметно, что она учила песню на слух: многие слова проглатывает, другие выговаривает неправильно, с акцентом, да еще и "г" произносит хрипло, на украинский манер.

Но этого я, конечно, ей не говорю. Только робко пытаюсь вставить в проигрыше после первого припева, что не обязательно допевать песню до конца. Но женщина властно поднимает палец вверх – мол, тише – и тянет ноты до финального аккорда. Следующая на очереди – песня Наргиз "Ты моя нежность". 

– Ну, как? – Спрашивает незнакомка так, будто от моего ответа зависит вся ее жизнь.

– Хорошо, – вру я. – Но вторая, мне кажется, получается лучше.

Тут уже не вру – здесь, по крайней мере, нет таких проблем с акцентом.

– Вы в первый раз на кастинге? – Спрашиваю, чтобы что-то спросить.

– Нет, второй… А какие вы песни подготовили?

– Я еще не определилась окончательно… – Уклончиво говорю я.

– Даю совет, по-дружески. Украинские песни лучше не брать.

– Почему это? – удивляюсь я. Я как раз подготовила одну из песен на украинском языке.

– Ну, здесь почему-то на украинское плохо реагируют. Не знаю. По крайней мере, мне с украинской песней в прошлый раз не повезло… – Женщина грустно опускает глаза. – Ладно, пойду спрошу у организаторов насчет очереди. – И незнакомка, тряхнув короткими темными волосами, энергично направляется  куда-то в гущу толпы.

В Киеве воскресение, 9 часов утра. И в очереди на кастинг в 7 сезон шоу "Х-фактор" на ВДНХ уже собралось несколько сотен человек.

"На этот раз скажу, что меня бьет отец"

Несколькими днями ранее мне позвонили и пригласили на прослушивание.

– Кастинг начнется в 9 утра, но приходите пораньше, – сказала девушка на том конце телефонной трубки. – Подготовьте две песни, петь будете акапельно (без музыкального сопровождения – прим.ред.). И обязательно возьмите с собой группу поддержки! Пока вы будете петь, они смогут посмотреть концерт участников предыдущих сезонов "Х-фактора"!

Истинный смысл этого радушного гостеприимства дойдет до меня значительно позже. А пока, на втором часу ожидания начала кастинга, каждый коротает время как может.

– О Боже, это Костя Бочаров! Девочки, фас! – Кричит девушка лет 14-то своим подругам, и они мигом устремляются к победителю 6-го сезона вокального шоу, направляющегося к сцене, на ходу доставая из сумок айфоны для заветного селфи.

– Быстрее, а то украдут, – ехидно комментирует женщина бальзаковского возраста, стоящая неподалеку.

Здешний контингент можно условно разделить на четыре группы. Первые – малолетние фанатки, влюбленные в своих кумиров из прошлых сезонов шоу. Они пришли сюда не петь, а взять автограф и сделать фото со звездой.

Вторые – вокалисты, у которых жажда славы буквально читается в каждой ноте. Они настроены серьезно. Пришли на кастинг в сценических нарядах и гриме. И не одни, а с преподавателями по вокалу, а иногда – даже с продюсерами.

Третий вид – неопытные вокалисты, которые хотят просто попробовать свои силы. Таких здесь больше всего. Они тихонько распеваются в стороне, чтобы не мешать остальным, и стараются не привлекать в себе лишнего внимания.

И четвертые – фрики. Пришли на кастинг по приколу. Либо потому, что до абсурдна уверены в своем таланте. Например, как этот мужчина, сильно навеселе, с гитарой набекрень, красным лицом и невыносимым перегаром. Или вот эта пожилая женщина с выкрашенными в салатовый цвет волосами в украинском народном костюме. В одной руке сигарета, в другой – телефон, из которого слышится мотив песни "Смерека".

Но есть здесь одна девушка, для которой этот кастинг – реванш.

Начало кастинга затягивается. Фото: Анастасия Пасютина, "Страна"

– Я уже это все проходила. И палатки, и павильоны. Я от судей получила четыре "да!"… Но в итоге этого даже по телевизору не показали, – делится горьким опытом пышногрудая блондинка. Голос у нее поставленный, глубокий, приятно-бархатистый. Я с интересом прислушиваюсь к разговору.

– Как же так? – удивленно спрашивает ее собеседница.

– А вот так. Выхожу я от судей, вся такая счастливая. А тут подходит ко мне кастинг-менеджер и говорит: какая у тебя история? 

– Что еще за история? – недоверчиво переспрашивает девушка.

– Вот и у него спрашиваю: какая еще история? А он мне: ну, это, может вас там из дома выгоняли, или петь запрещали, или вы сирота, или родители-алкоголики… Я стою в ступоре. Отвечаю: да нет, нормальные у меня родители, порядочные, обычные учителя, а пою я просто потому, что мне это нравится… "Мда. Плохо, что нет истории", – говорит мне кастинг-менеджер. – "Значит, надо придумывать".

А я говорю ему, что не хочу ничего придумывать, не хочу врать, я пришла сюда петь, а не сказки рассказывать… И тут он выдает: "Значит так. Не растет шестой палец на ноге? Мать – не алкоголичка? Папа не тиран? Значит, в тебе нет "Х-фактора". До свидания".

Пока я обдумываю услышанное, вокалистка вздыхает и добавляет:

 – На этот раз скажу, что меня бьет отец. 

Власть кастинг-менеджеров

…Шел третий час ожидания кастинга – очередь не двигалась с места. Погода прибавляла волнения: все время то набегали грозные сиреневые тучи, то из-за них лениво выкатывало солнце.

Компания девушек с низкими хрипловатыми голосами отделилась от толпы и отошла в сторонку успокоить нервы – курят.

– Я на кастинг пятый раз хожу и в этом "Х-факторе" уже всё-ё-ё-ё-ё знаю, – гордо заявляет самая голосистая из них, блондинка с пацанской стрижкой и манерами. Другие девушки смеряют ее с ног до головы полувосторженными-полунедоверчивыми взглядами. 

– Расскажи, расскажи!

– Девочки, не парьтесь, – вальяжным тоном говорит она. – В прошлый раз я ждала начала кастинга с 9 утра до часу дня. В этот раз будет не раньше, – добавляет девушка, вальяжно затягиваясь сигаретой.

– Расскажи про кастинг! Ты далеко прошла?

– А… – Отмахивается девушка от расспросов, как от назойливой мухи. – Я слетела в тренировочном лагере. Не далась мне песня Цоя, – бросает девушка. Ее новые знакомые охают и ахают, пытаясь изобразить искреннее сочувствие. 

Позади журналиста "Страны" в ряд стоят шесть палаток, в которых конкурсантов ждут кастинг-менеджеры "Х-фактора". Фото: Анастасия Пасютина, "Страна"

Тем временем девушка уже объясняет менее опытной вокалистке, как проходит кастинг.

– Видишь эти палатки? – Напротив небольшой сцены, на которой, видимо, будут выступать бывшие участники вокального шоу, в ряд стоят шесть палаток с надписью "Х". – Там сидят кастинг-менеджеры. Сначала ты заходишь туда, поешь песни, которые готовила, акапельно. Если кастинг-менеджер говорит тебе "да", ты идешь в павильон – это следующий этап отбора…

Я решаюсь вмешаться в беседу:

– А кто такие эти кастинг-менеджеры? Они вообще в вокале разбираются?

– Они – кастинг-менеджеры, – отчеканивая каждое слово, говорит блондинка. Поистине, это слово носит здесь какое-то сакральное значение.

– Не спрашивай, – тихо говорит мне парень, стоящий в очереди позади меня. – Никто не знает, кто такие кастинг-менеджеры, и есть ли у них музыкальное образование. Но если они скажут тебе "нет" – все, прощай, "Х-фактор".

Улыбаемся и машем

Наконец чей-то голос в громкоговоритель объявляет, что кастинг вот-вот начнется. Открываются импровизированные ворота, и на территорию съемочной площадки бегом вваливается толпа. Те, кто были в очереди последними, но оказались проворнее, образовывают новую очередь, стремясь занять самые выгодные места у палаток с теми самыми "кастинг-менеджерами".

Только вот палатки оказываются пустыми.

– Пока все не подойдут к сцене, кастинг не начнется! – Окончательно разрушает надежду строгий голос организатора. Начинается концерт экс-участников "Х-фактора" – вокалистов ждут еще два часа мучительного ожидания.

Тогда и становится понятно, зачем меня так настойчиво просили взять с собой на кастинг группу поддержки. У этой толпы, в основном состоящей из школьниц, время проходит веселее.  Режиссеры снимают кадры для будущих эфиров. Массовке раздают флажки и баннеры с надписью "Х":

– Ваша задача – улыбаться и махать! – Кричит в рупор организатор.

Массовка, в принципе, не против попозировать забесплатно, более того – девочки толкаются локтями в жажде занять выгодное место в первом ряду и попасть в кадр. Да еще и получают приятный бонус – кумира, выступающего на сцене прямо перед ними, которого до этого они видели только на экране.

По команде "три-четыре" кричат:

– "Х-фактор" – це ми!

– Україна має "Х-фактор"!

– Ми любимо "Х-фактор"!

Примерно пятнадцать минут занимает только одна репетиция поднятия баннера и кричалок.

Режиссеры снимают кадры для будущих эфиров "Х-фактора" с массовкой. Фото: Анастасия Пасютина, "Страна"

На часах – уже около двух часов дня. Пока толпа поклонниц машет флажками и хором признается в любви "Х-фактору", вокалисты рассредоточились по территории ВДНХ. Сейчас мало кто из них репетирует – в основном все ругают организаторов.

– Сколько можно!

– Хватит пи*деть!

– Я пришла сюда петь, а не кричалки кричать!

– Я тут внуков рожу!

Некоторые вокалисты, которые впервые встретились в очереди на кастинг, объединяются в коллективы и импровизируют. Несколько молодых женщин по ходу пения раскладывают мотив песни "In your head" на трехголосие, а проходящий мимо парень с гитарой подхватывает мелодию. Звучит их спонтанный ансамбль на удивление гармонично и хоть как-то скрадывает настолько затянувшееся начало кастинга.

– Эй, костюм, долго ещё? – Обращается девушка к охраннику, отделяющему своей тучной фигурой вокалистов от заветных палаток.

– Пока не отснимут все кричалки, кастинг не начнется, – невозмутимо отвечает мужчина.

В толпе закрадываются подозрения, что это – тоже своеобразный этап отбора: отсеивают самых слабых и нетерпеливых. И приезжих из других городов.

К обеду толпа действительно заметно редеет – по направлению к выходу из ВДНХ стучат колесиками чемоданов те, кто опоздали бы на поезд, если бы остались ждать прослушивания.

Наконец, кажется, все кадры для шоу сняты.

– Внимание, мы начинаем кастинг! – Кричит один из организаторов в рупор с надписью "орало". На часах – уже около половины третьего.

Рановато

Очередь в палатки разбита на две шеренги вокруг огромного баннера с надписью "Х-фактор". Всего палаток шесть, по три на каждую шеренгу. Кастинг-менеджеры распределяют вокалистов между ними, вручая флаер и ставя на запястье ярко-красную печать с отметкой "Х". Если в палатке после прослушивания тебе говорят "да", кастинг-менеджер ставит на флаер печать, и с ним ты переходишь на следующий этап кастинга – в павильон.   

Очередь в палатки к кастинг-менеджерам. Фото: Анастасия Пасютина, "Страна"

Первопроходцам везет: все шестеро выбегают из палаток с печатью на флаерах. Но вот и первые неудачи: парень и девушка почти одновременно выходят из палаток с пустыми руками и быстрым шагом, глядя в пол, уходят со съемочной площадки. 

В толпе нарастает суета и нетерпение. Погода, кажется, сошла с ума, и никак не помогает выдерживать напряжение: через каждые десять минут приходится то открывать зонт, то надевать солнцезащитные очки.

Передо мной в палатку заходит худая длинноногая брюнетка, которая, несмотря на резкий, как пощечина, холодный ветер одета в короткое облегающее платье с глубоким декольте и туфли на высоком каблуке. Она недолго говорит о чем-то с кастинг-менеджером, а потом начинает петь: "Maybe I, ma-a-a-ybe you-u-u…", – да так громко, будто силится перекричать вокалистов из всех остальных палаток. И она не одна такая.

Неужели здесь чем громче, тем лучше?

Голоса всех шестерых конкурсантов, которые одновременно поют в шести палатках, резко контрастируют между собой, сливаясь в жуткую какофонию. При этом на другом конце съемочной площадки до сих пор продолжают выступать экс-участники "Х-фактора". В таком шуме едва ли можно свои мысли услышать – не то что попасть в гармонию. Интересно, эта палатка с кастинг-менеджером внутри хоть немного изолирует внешние звуки?

Ответ на этот вопрос я получу уже через минуту: счастливая длинноногая певунья выбежала из палатки с печатью на флаере и, резко развернувшись на каблуках, решительно зашагала к павильону.

– Следующий!

Захожу. В палатке сидит молодой парень лет 25, короткостриженный блондин с узким вытянутым лицом, длинным носом и бесцветными ресницами.

– Как тебя зовут? – Пробасил кастинг-менеджер.

– Настя.

– Какие песни ты подготовила, Настя? – Не помню, когда мы переходили на "ты", ну да ладно. Называю первую, с которой хотела начать и в которой уверена больше – "Намалюю тобі зорі" Тины Кароль. Но услышав название, кастинг-менеджер почему-то кривится и спрашивает:

– А какая вторая?

Тут же вспоминаю свою новую знакомую и ее совет не петь украинское. Интересно, она прошла? Или не дождалась и уехала? Может, я еще увижу ее на экране?

– "Perhaps", Pussycat Dolls.

– О! Давай эту! Пой! – Оживляется парень.

Я пою. Наверное. Я чувствую, как шевелю губами и открываю рот, но почти не слышу исходящие из него звуки. Зато отлично слышу кричащих поющих в соседних палатках вокалистов и выступающих на сцене экс-икс-факторовцев. Не уверена, что меня слышит и кастинг-менеджер, сидящий напротив с отрешенно-скучающим видом. В палатке никакой шумоизоляции. Сосредоточиться и войти в образ сложно. А ощущение, что со всех сторон тебя кто-то перекрикивает, отнюдь не прибавляет уверенности в себе.

Кастинг-менеджер дослушивает лишь до конца первого куплета и останавливает меня словами:

– Неплохо. Это очень сложная песня и ты исполнила ее достойно. Ты научилась вибрировать голосом… – на языке вокалистов это называется "вибрато". – Но…

Кастинг-менеджер долго подбирает слова, и в итоге одним словом выносит приговор:

– Рановато.

Я выхожу из палатки с пустыми руками.

А в этот момент краем глаза замечаю выходящую из соседней палатки девушку с длинными атласно-черными волосами – тоже без флаера. Она не спеша направляется к выходу. Но там ее останавливает один из кастинг-менеджеров. Они недолго говорят, а потом он один заходит в палатку, и уже через секунду выходит – с флаером в руке. Вручает его длинноволосой брюнетке и провожает ее в павильон, на следующий этап кастинга. 

Уличный музыкант в переходе на ВДНХ играет на пианике "Океан Ельзи", фото: Анастасия Пасютина, "Страна"

…Как только я покидаю съемочную площадку, природа наконец окончательно определяется с погодой: начинается ливень, такой сильный, что он него не спасает зонт – укрыться можно только в подземном переходе на ВДНХ, который неожиданно тоже оказывается наполненным музыкой. Уличный музыкант играет на пианике (миниатюрном пианино) мотив из песни "Океана Ельзи".

– Вы, случайно, не с кастинга "Х-фактора"? – пристаю с шутливым вопросом к музыканту, когда он доигрывает мотив. 

– Да нет, вы что, куда мне. У меня тут только маленькое пианино, клавиш всего-то 26, – скромно показывает свой инструмент. – Вот когда дорасту до большого пианино, тогда и приду. А пока – рановато, – улыбается он. В каком-то смысле мы с ним коллеги. 

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости