Самые страшные корпуса Лукьяновки -
Самые страшные корпуса Лукьяновки - "Катенька" и "Столыпинка", ljrate.ru

Обнародованная фотография Романа Насирова с воровскими авторитетами "Аликом", "Бубой" и "Львовским", произвела нешуточный резонанс. Сам отстраненный глава Госфискальной службы, напомним, утверждает, что это фотожаба.

— Тем не менее, после этой "жабы" в камерах постоянно проходят "шмоны". Здесь же вся техника запрещена: никаких телефонов, камер и так далее, вот и ищут, — рассказал "Стране" человек, ныне содержащийся в так называемом "еврокорпусе" СИЗО.

Этот корпус, по словам заключенного, еще не столь страшен по сравнению с "Катькой" (который по легенде построили при Екатерине II) и "Столыпиным" (при Столыпине, соответственно). 

— Камера — 25 метров: это и спальня, и сральня, и едальня. Считай, смарт-хата. "Блюда", предлагаемые тюремным "меню", пахнут отвратительно. Их едят только наркоманы, и те, кому не приносят передачки. Некоторые готовят себе в камере сами. По поводу условий: бывало такое, что в камере 14 человек и 12 спальных мест, поэтому спать приходится по очереди. Баня с горячей водой — раз в неделю. В нашем корпусе, сравнительно новом. вода есть, и зимой тепло. Из занятий: телевизор, шашки, шахматы, книжки. В нарды играть можно, в карты — нельзя. Телефоном, понятно, пользоваться запрещено. Тем не менее, за деньги все решаемо. Как? Тут уже у каждого свои методы. Скажем, мы не можем днем позвонить или списаться, но в выходные вечером можно устроить.

Так выглядят стены и потолки в камерах "еврокорпуса". Заключенные говорят, что это еще хорошие условия.  

А это комната для прогулок: 2 на 4,5 метра. Гулять можно по часу каждый день. Хотя тут, похоже, не разгуляешься

"Не заплатишь — отправляешься туда, где люди вскрывают себе вены" 

Существует известный анекдот о том, как США и СССР решили обменяться заключенными, после чего советские зэки попросили дать им пожизненное, а американские умоляли их расстрелять. 

По словам заключенных, в этой шутке есть лишь доля шутки. 

— Многое зависит от того, кто ты, и чего им от тебя нужно. Могут заставить спать на сыром полу, подселить "подсадных уток". Вообще, приглашение стучать друг на друга, при необходимости, — нормальная здесь практика. Делается это в обмен на блага. Могут разрешить какие-то "вольности". А могут все запретить: настольные игры, газеты, журналы, литературу. Все, кроме Библии и телевизора. Так, чтобы ты просто превратился в овощ, — рассказывает женщина, проведшая несколько месяцев в СИЗО. 

— Екатерининские подвалы или "Катькин путь" — это особый ужас. Темный узкий коридор, сырые стены, грибок, плесень, и в добавок огромные крысы и фекалии. Зэков, которые убирают эти коридоры, называют "козлами" или "рабами". Обычно это люди, которые либо не могут сидеть в камере, либо у них маленький срок. и чтобы не ехать на зону, они остались в СИЗО. Кстати, по поводу зоны: этапируют людей, как скот, и чтобы попасть на "хорошую" зону —  надо заплатить. А не платишь — отправляешься туда, где люди вскрывают себе вены, — продолжает собеседница. — Вообще, "У Лукьяна" к людям относятся не намного гуманнее, чем в Сталинское время. И то, лишь потому, наверное, что есть какой-то контроль. Но вообще, вонь страшная. Людей часто кормят тухлой рыбой. Видимо, есть какой-то "свой" поставщик. Свет на ночь не выключают. Подъема по утрам нет. Зато то, что есть, притом регулярно — это шмоны. Притом, что удивительно: молодые девочки, до 30, но с каким-то уже нездоровым блеском, брезгливостью. Дескать, она тут хозяйка, а ты раб. И естественно, все они на тебе наживаются: пронести в камеру еду, вентилятор, телефон — все стоит денег: 100, 200, 600 гривен — по-разному. После чего снова шмон, — и снова все изымают. И ведь никто не говорит о том, что многие люди проводят там годы, прежде, чем суд их оправдает.

"Я боюсь за свою жизнь"

Правда, оправдательные приговоры в наших условиях — большая редкость. 

— Скажем, у меня 23 марта должен быть Кассационный суд. И хотя у меня и алиби есть, и обыски у меня проводили без ордеров, и нож "нашли" с третьей попытки, хотя первые три раза у меня ничего не обнаружили, и адвокат моя доказала, что раны и форма ножа не соответствуют, — тем не менее, она говорит, что на оправдание я могу и не рассчитывать. В лучшем случае, мое дело отправят обратно на рассмотрение в Луцк. Потому что если ты сюда попал, — то ты виновен. А я просто боюсь за свою жизнь. Потому что там людям зубы выбивают, а "эксперты" потом пишут, что они выпали сами. Потому что там дают людям кормовые сорта кукурузы, какие-то черные. И перловку. У меня все нутро начало болеть. А тебя не лечат, потому что ты — животное. Потому что меня сажали в "прессхату", от слова "прессовать", — это тюрьма в тюрьме. Там тебя содержат с зеками, которые работают на администрацию тюрьмы, и которые тебя избивают. Потому что надо, чтобы ты подписал чистосердечное признание. И я подписал, в надежде, что суд его не примет, потому что это же только в советское время признание было "царицей доказательств". И я заявил на суде, что из меня это признание выбили, но суд меня "не услышал", — рассказал "Стране" Игорь Шабала, который сейчас находится в Лукьяновском СИЗО, и тем не менее, не против того, чтобы его фамилия была указана в СМИ. — Наоборот, я я хочу привлечь какое-то внимание к своему делу. Я боюсь возвращаться в Луцк. Для меня это вопрос жизни и смерти. Мое дело с 2014 года тянется. Я все надеялся попасть к Луценко на прием, написал ему 20 писем. Думал, реформа... Дурак!

В целом, говорят заключенные, тюрьма здорово ломает человека.

— Представьте, так пожить один-два года, — рассказывает другой заключенный, который сейчас находится в СИЗО. — в "Катеньке" одна душевая на три этажа. Зимой горячей воды не было. Отопления тоже. А у меня почки больные. Я сейчас сижу в одиночке, и слава богу. Потому что много чифиристов. Много людей, которые курят по 2-3 пачки в день. Некурящему человеку — представьте... И если ты не Юра Луценко и не Юля Тимошенко, — то до тебя никому дела нет. Я неделю голодал, ко мне никто не пришел даже! Кстати, это миф, что все "крутые" содержатся в супер-камерах. Да, я видел в окно блатные хаты с вентиляторами, но, например, мне приходилось с Пукачем пересекаться, он со мной одно время через стенку сидел, в "Катеньке", — так вот он в обычной сидит. Видимо, "разжаловали". Кстати, интересный момент: он тут уже давно, и начинает понемногу по-блатному говорить. Типа: "как дела, братан?". А мне так и хочется ему ответить: "хорошо, товарищ начальник". 

Купите СИЗО

Напомним, о содержании людей в украинских тюрьмах и на зонах довольно часто говорят и правозащитники и журналисты — особенно, когда за решетку попадает очередной Юрий Луценко. 

В прошлом году власти даже взялись превратить Пенитенциарную систему в образцово-показательное заведение: в частности, чиновники решили продать Лукьяновское СИЗО. 

Вместе с тем, люди, которые знают о жизни за решеткой не понаслышке, полагают, что проблема наших тюрем — не столько материальные условия, сколько отношение к людям. 

— Наверное, только в постсоветских тюрьмах существует практика, когда заключенный должен, извините, снять трусы и приседать — а вся эта, свора смотрит, не выпадет ли у тебя напильник из задницы. Потому что вдруг ты планируешь побег. И при этом, выдели бы вы их лица в этот момент! Столько удовольствия! Поэтому когда мы говорим о том, куда катится страна, — а она катится к военному перевороту, а потом к 1937 году, — то можете не сомневаться, что надзиратели для лагерей уже готовы", — уверен известный журналист Руслан Коцаба, который и сам провел полтора года в заключении. 

Подписывайся на рассылку новостей Страны в Facebook. Узнавай первым самые важные и интересные новости!