Фотография "Боль войны" из цикла снимков Муравского
Фотография "Боль войны" из цикла снимков Муравского, фото: Дмитрий Муравский

В журналистском обществе продолжается скандал вокруг фотографий советника министра обороны Дмитрия Муравского из зоны АТО. Как уже писала "Страна", многие фоторепортеры, которые снимали войну на Востоке, усомнились в документальности снимков и отправили коллективное заявление с просьбой предоставить исходные данные фотографии. По их мнению, использование постановочных (заранее срежессированных снимков) подрывает доверие к журналистской профессии. "Страна" поговорила с участниками конфликта и узнала точку зрения подписантов и самого Муравского. 

Почему фото постановочное?

Инициатором обращения стал украинский фотограф Макс Левин, который работает с LB.ua и Reuters, а войну освещает с весны 2014 года. На странице в Facebook он выложил аргументацию, почему снимок постановочный. 

То самое фото Дмитрия Муравского. Он утверждает, что это реальный снимок, на котором запечатлен момент взрыва мины во время минометного обстрела поселка Широкино. Это фото в сети первое время называли "образцовым" примером фронтовой фотожурналистики, а также доказательством нарушения перемирия. Но потом разразился скандал

"1. Характер дыма от взрыва. Очень насыщенный и красивый "дым". Высокий столб. От мины 82 мм такого не бывает - намного скромнее визуально.
2. Разлет осколков и других предметов не соотносится с таким столбом дыма и пыли. От мины летит намного больше осколков.
3. При таком расстоянии от взрыва мины - (по первоначальным заявлениям около 10-20 м, в интервью Радио Свобода - около 50м) - очень высока вероятность поражения живых целей. Их на фото трое, ни один из солдат не пострадал (заявление самого Муравского). Сам Муравский также не пострадал.
4. Неестественное поведение солдат. При близком обстреле, любой, даже самый смелый и безумный солдат падает на землю (из опыта). Это инстинкт, это то, что спасает жизнь. На фото три человека в полный рост, никак не среагировали на взрыв у себя за спиной. Не говоря о фотографе, который снимает стоя. Снимает без "шевеленки" объективом 400мм. Вдумайтесь репортажная фотография военных действий снятая объективом 400мм.
5. При таком характере взрыва не видно взрывной волны", - написал Левин. 

Один из подписантов, фотокорреспондент агенства Associated Press Ефрем Лукацкий в комментарии "Стране" также заявил, что фото однозначно постановочное. "Фотография – это книга, и профессиональный репортер может прочитать ее очень легко, - говорит Лукацкий. - Есть шумы, по которым можно посмотреть детали, которые есть на этой фотографии. Например, коляска. Но это не главное. Он (Муравский - "Страна") сказал изначально, что фото было снято объективом 400 мм. Я с ним связался, и он сказал, что вы все переврали, это было не 400 мм, а 200 мм. 4-кратное увеличение. По его словам, расстояние до солдат было 100 метров, а до мины – еще 50 метров. Это расстояние футбольного поля. Любой репортер, снимающий спорт, знает, что, снимая объективом 200 мм, противоположную сторону ворот, где стоит вратарь – это 1/20 кадра. А он сказал, что только немножко подкадрировал. Опять наврал. И еще. Обратите внимание – на всех фотографиях у него камни в воздухе. Они не успели упасть. Так может повезти один раз, но не постоянно". 

Выступил с критикой и автор книги "Аэропорт" Сергей Лойко. "Снять взрыв на войне на близком расстоянии с участием солдат в нем - это редкая удача, - говорит "Стране" Лойко. - А у него каждый кадр такой. Эксперт военный, с которым я знаком, говорит, что на фото видно, как летят куски и камни, которые опережают солдат. Это вторичные поражающие вещества взрыва, то, что было в земле. А первичные - это стальные осколки, которые летят со скоростью ракеты и намного дальше, чем эти камни. То есть, эти трое солдат должны были быть изрешечены осколками. Украинский военный Костя Вьюгин, с позывным "Ровер", посмотрев эту фотографию, спрашивает: "Удалось ли фотографа сшить после взрыва?". 

"В тот день был мой день рождения. Наверное, этот снимок - подарок"

"Страна" обратилась к самому Дмитрию Муравскому, чтобы узнать его точку зрения.

"Я выложил несколько фотографий в Facebook, в том числе, пару кадров из Широкино, - говорит Дмитрий. - Журналист Юрий Бутусов моментально подхватил этот скандальный снимок. Я даже не рассчитывал, что он будет его публиковать, не видел в этом необходимости. Когда в соцсети начался резонанс, я был в зоне АТО. Там плохо работает интернет, поэтому я очень слабо мог отвечать на претензии. Ближе к пятнице профессионалы начали довольно активно меня доставать, обвиняя в очень некорректной форме во всем чем угодно". 

Муравский рассказал саму историю ставшего скандальным снимка: "Когда мы начали возвращаться, сепаратисты начали разворачивать минометные батареи, нас оповестил об этом наблюдатель. У нас было несколько минут времени, и мы побежали. Но когда мы уже проходили эту зону, начались выходы. Миномет стреляет по навесной траектории, поэтому мина проходит гораздо больший путь, чем звук. Поэтому звук вы услышите быстрее. Дистанция от минометной батареи немного больше километра.  Когда идет выход, у вас остаются считанные секунды. Мы побежали. Я зашел за железные щиты, перевел дыхание, поворачиваюсь и вижу, как два парня тащат третьего. Без взрыва. Вот как не снять этот кадр? Пока я навожу камеру, и готовлюсь снимать, происходит взрыв за их спинами. В тот день был мой День Рождения. Наверное, этот снимок - подарок. 

Одно из требований украинских фоторепортеров к Муравскому - показать серию фотографий за весь день, когда и был сделан снимок. Муравский парирует: "Я всегда удаляю неудачные снимки, потому что потом, дома, мне тяжело осматривать такой объем фотографий. У меня никогда нет серий". Чуть позже, уже после выхода материала Муравский нашел серию снимков, касающуюся резонансного фото.

Муравский также обвинил подписантов в нежелании идти на диалог. "В субботу мы договорились с Сергеем Полежакой , одним из авторов обращения, что встретимся во вторник вечером, после того, как я вернусь в Киев, и тогда я покажу «сырые» файлы - до публикации публичного обращения. Он согласился. Вчера вышла эта публикация на ЛБ, не дожидаясь нашей сегодняшней встречи. После чего, я считаю, с этими людьми разговаривает нет смысла. Они даже не попытались услышать меня и участников событий, которые были на месте. Я готов предоставить сам файл в оригинале и уже отправил его на экспертизу в независимую международную кампанию", - заявил Муравский. 

На обвинения в постановке, фотограф ответил, что взрыв нельзя сымытировать, да и незачем. "Кто и за какие деньги на это пойдет под пули?", - заключает он. 

Правда против пропаганды

Тем временем в украинском сегменте FB разгорелась дискуссия, по поводу кто прав - фотографы или же Муравский? Ряд блогеров обвинили фотокорров, подписавших письмо, в непатриотизме.

 А сайт "Миротворец" даже анонсировал новый "слив" личных данных - как раз тех фотокорров, которые подписали обращение по Муравскому. 

Сами подписанты уверяют, что выдача постановочных фото за документальные вредит имиджу Украины и может быть использована против нее. "Если бы я был журналистом Лайфньюз или Комсомольской правды, я бы взял это фейковое фото и сказал бы, что вот, смотрите, Украина выдумывает войну, которой нет", - поясняет свою позицию Сергей Лойко. И добавляет, что такие постановочные фото еще и несут угрозу для здоровья солдат. "На Афганской войне был случай, когда один корреспондент известной телекомпании попросил воинов Северного Альянса сделать пару выстрелов по Талибам во время перемирия, для кадра. Они сделали, им ответили, и, в результате, 15 человек погибло. Нельзя так подставлять людей", - заключает он. 

"Мы хоронили наших коллег, друзей, репортеров, которые разделяли принципы честной, документальной журналистики, без постановки. И мы не будем и не хотим так работать, как лайфньюз, это не наш принцип. Иначе если мы не будем говорить правды, - добавляет Ефрем Лукацкий. - То, что мы имеем – война на востоке – это потому, что пресса перестала говорить правду. Я был на многих войнах и много общался с различными сторонами. Я общался и с террористами, и с боевиками, и с солдатами, и с добровольцами. В основном эти люди хотят, чтобы дети жили в мире, учились хорошо, у них нормальные, человеческие желания. Но когда им промывают мозги, они начинают верить, что здесь живут фашисты".

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости