Почти три года уже прошло с момента подписания Украиной и непризнанными "ДНР" и "ЛНР" минских договоренностей. Одним из важных пунктов соглашений является обмен военнопленными, заложниками и иными насильственно удерживаемыми лицами по принципу "всех на всех".

Стоит отметить, что с августа 2014 года в рамках обменов были освобождены порядка полутора тысяч человек с обеих сторон. Однако того самого полного и окончательного обмена "всех на всех" пока так и не случилось.

Последний большой обмен планировали произвести в декабре 2016 года. тогда непризнанные республики настаивали на выдаче им 690 военнопленных и заключенных. Украина предлагала передать "ЛДНР" всего 228 человек. Взамен Украина требовала освободить 42 человека, насильственно удерживаемых в непризнанных республиках.

В итоге переговорный процесс был сорван – как и во всех предшествующих случаях, когда стороны пытались выполнить минские соглашения и осуществить-таки окончательный обмен.

Для урегулирования конфликта было принято решение о необходимости подтвердить наличие у сторон заявленного количества пленных и заключенных, после чего можно будет вернуться к переговорному процессу. Верификация проходила в несколько этапов, завершающий этап прошел ещё весной этого года, но по его завершении обмена так и не произошло.

И вот тема обменов снова вернулась в политическую повестку дня: по предварительной информации, провернуть процедуру планируют до конца декабря.

В настоящий обмен в украинских местах лишения свободы действительно активно идёт процесс "бумажной" подготовки к обмену: те, кому посчастливилось попасть в заветные списки, оформляют необходимые бумаги, в очередной раз подтверждая официально своё согласие на обмен.

Списочный вопрос

Основной причиной срыва всех предшествующих попыток было то, что стороны значительно расходились в своих оценках относительно того, кто именно, собственно говоря, подлежит обмену. Так, представители непризнанных "республик" настаивали на том, что в процессе обмена должны быть освобождены также активисты Антимайданов и подпольных группировок, действовавших в различных регионах Украины в 2014-2015 годах и позже – например, обвиняемые по делу 2 мая в Одессе "куликовцы" и т.п.

Официальный Киев же соглашается признать подлежащими обмену лишь тех заключённых, которые имели непосредственное отношение к военным действиям на Донбассе: военнопленных, а также тех, кто работал (или якобы работал) на сепаратистов за линией фронта.

Есть и иная оговорка: представители украинских властей неоднократно заявляли, что не подлежат обмену лица, осуждённые за тяжкие и особо тяжкие преступления.

Однако большинство обвиняемых в связях с "ДНР" и "ЛНР" проходят именно по тяжким и особо тяжким статьям. Такой является, например, "популярная" статья 258-3 (создание террористической группы, участие в ней или содействие её деятельности), предусматривающая наказание от восьми до 15 лет.

Таким образом, если бы оговорка о тяжких преступлениях применялась повсеместно, то получалось бы, что освободить не получится практически никого. Тем не менее, как мы уже говорили выше, часть требуемых "ДНР" и "ЛНР" лиц Украина освободить всё-таки соглашается. Почему в одних случаях эта оговорка применяется, а в других нет – знают, пожалуй, только в СБУ.

Также известно, что украинская сторона предпочитала обменивать тех заключённых по "политическим" статьям, дела по которым находятся на этапе досудебного следствия. Это существенно проще с нормативно-правовой точки зрения: достаточно постановления прокуратуры о закрытии уголовного производства, после которого человека забирают из СИЗО и отвозят на обмен.

А после окончания обмена дело возобновляют – и "всё в порядке".

Для освобождения же из мест лишения свободы уже осуждённых требуется более сложная процедура – например, президентский указ о помиловании.

Минутка конспирологии

Следует отметить, что в этот раз политико-дипломатическая подготовка обмена идёт несколько иначе, чем в предыдущие попытки.

Дошло до того, что лично президент Российской Федерации Владимир Путин звонил главам непризнанных "республик" с требованием сделать всё возможное для проведения обмена. Прямое вмешательство в процесс обмена российского лидера, обладающего (сформулируем это так) непререкаемым авторитетом на территории непризнанных республик, вселяет надежды, что на этот раз хоть что-то получится.

Однако возникает вопрос: почему Путин решил вмешаться в процесс? Ведь ранее российское руководство показательно дистанцировалось от любых переговоров по данной тематике, называя их "внутриукраинским" делом!

По слухам, речь может идти о подготовке к принципиальной смене формата переговоров по урегулированию конфликта на Донбассе, эффективность которого и попытаются "протестировать" на вопросе обмена пленных.

Как известно, минские договорённости как таковые являлись следствием переговоров в т.н. "нормандском формате" (Франция, Германия, Россия, Украина). А их воплощение доверено контактной группе из представителей Украины и непризнанных республик с ОБСЕ в качестве арбитра.

У данного формата был один существенный недостаток: в нём никак не участвовали США. И хотя украинская сторона неоднократно высказывалась за привлечение Вашингтона к переговорам, ни европейцы, ни Россия особого энтузиазма по этому поводу не испытывали.

Белый Дом, конечно же, также был не в восторге от того, что один из наиболее громких военных конфликтов последнего десятилетия решается без его участия. Однако до поры до времени американцам, увлечённым собственными выборами, было не до того.

Теперь же, когда Дональд Трамп освоился в Овальном кабинете, США, по слухам, намерены существенно активизировать работу на украинском направлении – и более того, стать здесь ключевым игроком.

В конечном итоге, в урегулировании украинского кризиса Вашингтон заинтересован непосредственно, так как это позволит ему начать размораживать отношения с Россией. А Россия, как неоднократно заявлял Трамп, важна для США как партнёр по борьбе с международным терроризмом, урегулированию кризисов в Сирии, Северной Корее и т.п.

Короче, всё идёт к тому, что на смену "нормандско-минскому" (чисто европейскому) формату придёт принципиально иной: решения будут приниматься на уровне США-Россия, а исполняться – между Киевом, Донецком и Луганском при арбитраже "старших товарищей".

Возможно, намечающийся обмен станет "полевым испытанием" нового формата. И если это действительно так, то прямое вмешательство российского лидера в переговорный процесс выглядит не только логичным, но и ожидаемым.

Попытка №…

Но вернёмся непосредственно к обмену – и к тому, кого именно он коснётся. Ведь здесь также хватает вопросов и странностей.

В настоящее время ситуация выглядит следующим образом. Обмен (по крайней мере, по официальным данным) планируют провести в формате "306 на 74": 306 человек освобождает и передаёт в Донецк и Луганск Украина, 74 выдают непризнанные республики.

Это существенно меньше, чем Донецк и Луганск требовали от Киева год назад – но почти в полтора раза больше, чем тогда же соглашался передать Киев. Также стоит отметить, что число подлежащих освобождению из Донецка и Луганска по сравнению с прошлым годом выросло почти вдвое.

Правда, ранее нардеп Надежда Савченко утверждала, что украинская сторона требует выдачи 129 человек. В 2016 году в СБУ говорили о "примерно 130" пленных украинских военнослужащих – а ведь есть ещё лица, арестованные в "ДНР" и "ЛНР" по обвинению в сотрудничестве с украинскими властями, на освобождении которых также настаивает Киев.

Иными словами, речь идёт вовсе не об обмене "всех на всех" - в смысле, не об окончательном решении вопроса с пленными. Краткий опрос, проведённый авторами этих строк в местах лишения свободы в Украине показал: в настоящий момент на обмен готовят преимущественно "бесспорных" заключённых.

Речь в первую очередь идёт о тех, кто был взят на линии фронта с оружием в руках.

Это в целом подтверждает сделанное выше предположение о том, что намечающийся обмен будет носить скорее "рекламный" характер и призван будет больше продемонстрировать эффективность нового формата переговоров, нежели решить проблему пленных как таковую.

Однако вопросы на этом не исчерпываются.

Как уже было сказано выше, верификацию списков принудительно удерживаемых лиц провели около полугода назад, и за это время многое изменилось. К примеру, многие заключённые по политическим статьям в украинских тюрьмах, по нескольку лет ждавшие освобождения через обмен, отчаялись и пошли на сделку со следствием  - по предварительным оценкам, речь может идти по крайней мере о 10-15% от общего числа заключённых, включённых в списки на обмен весной.

Более того, даже без учётов этого в списках имеется немало странностей. Так, из четверых обвиняемых в организации взрывов в Одессе (группа "коммунистов–террористов") заявления на обмен в СБУ предложили написать только двоим.

Почему одни лица, проходящие по одному и тому же делу, подлежат обмену, а другие – нет – загадка. Возможно, задумка СБУ состоит в том, чтобы, отправив кого-то на обмен, оставить "в запасе" кого-то для показательных процессов по резонансным делам. Однако к логике "всех на всех" такой подход, конечно, не имеет никакого отношения.

Подписывайся на рассылку новостей Страны в Facebook. Узнавай первым самые важные и интересные новости!