Виктор Шокин. Фото - сайт ГПУ
Виктор Шокин. Фото - сайт ГПУ

Сегодня, 5 июля, в Шевченковском райсуде Киева было запланировано рассмотрение иска, поданного в отношении телеканала ZIK и народного депутата Егора Соболева бывшим генеральным прокурором Виктором Шокиным. В своем заявлении экс-руководитель надзорного ведомства требует опровержения высказываний, сделанных в программе "FACE 2 FACE с Татьяной Даниленко" парламентарием, когда нардеп назвал Шокина коррупционером. Суд перенесли из-за неявки в суд Соболева, но Шокин уверяет – отказываться от претензий не намерен, и это дело доведет до логического конца.

Два месяца назад непубличный экс-генпрокурор впервые после его отставки детально рассказал в интервью "Стране", как и почему второй человек в США Джо Байден потребовал от теперь уже бывшего президента Петра Порошенко отправить его в отставку и за счет чего пост главы ГПУ занял его кум Юрий Луценко.

Сегодня мы публикуем новую часть разговора с Шокиным, где он объясняет, как пятый глава государства не выполнил свое же обещание назначить генпрокурором Юрия Столярчука, кем и почему было поставлено "на стоп" уголовное дело о взятках нардепа Игоря Мосийчука и что за история с якобы покушением на Шокина.

– Первая часть нашей встречи вызвала определенный резонанс в обществе. С тех пор прошло два месяца, но, невзирая на ряд громких заявлений в отечественной и иностранной прессе, о каких-либо продвижениях в расследовании так называемого "Украиногейта" с тех пор практически ничего не слышно. Что нового в истории, где смешалось ваше увольнение, уголовные претензии ГПУ к компании экс-министра Николая Злочевского Burisma и возможная коррупция со стороны членов ее правления, включая сына бывшего вице-президента США – Хантера Байдена?

– Мне не известно, чтобы по этой теме происходило что-либо новое в процессуальном плане. По крайней мере, ко мне никто не обращался из правоохранителей – как США, так и Украины. Зато, как мне неоднократно передавали знакомые и что я вижу по СМИ, пока все сводится к заочной перепалке. Байден уверяет: мои заявления являются ложными. Хотя все мои слова – это чистая правда.

– Правда ли, что не так давно вы давали интервью американскому телеканалу ABC, где заявили о том, что вам закрыли въезд в Америку?

– Да, но в эфире это и бОльшую часть фрагментов нашей двухчасовой беседы в сюжете так и не показали (в этот момент Шокин передает отдельные фрагменты своей беседы с американским журналистом, которые можно увидеть ниже. – Прим. ред.).

– Так что сегодня с вашей американской визой?

– Давайте расскажу, как было. Ранее у меня была американская виза, а 8 января 2019 года я обратился в посольство США по вопросу ее продления. В Америке у меня проживает дочь, внуки... Я собрал все необходимые документы, а дочь прислала вызов, уточнив – во время пребывания буду жить у нее. Далее действовал в соответствии с установленным порядком: пришел на собеседование к офицеру безопасности. Он мне сообщил, что никаких претензий якобы ко мне нет, но есть вопрос.

– Можете рассказать конкретнее?

– Офицер спросил у меня: "Вы делали медицинскую операцию в Америке?". Я ответил, что да, такой факт имел место в 2015 году. Сразу уточню – тогда я действительно прилетел в США на обследование. Уже после прибытия обнаружилась срочная необходимость хирургического вмешательства. Я уточнил, какое отношение данная ситуация имеет к моей визе, после чего у меня спросили: "А кто платил за эту операцию?".

– То есть возник вопрос об источниках происхождения финансов для операции?

– Формально, да. Но это надуманный повод. Говорю откровенно – в момент приезда в США в 2015 году мне не был поставлен диагноз, ряд моментов подтвердились позднее. И обращаю внимание на явный нонсенс: если бы мы не оплатили тогда услуги врачей, никто бы не делал операцию, ведь правильно? Да, это стоило определенной суммы, и таких денег у меня с собой, естественно, не было. Но, спасибо дочери и знакомым, средства нашли. Другой момент, что согласно моей же официальной декларации (а она есть в открытом доступе), у меня наличествовали определенные капиталы, они абсолютно легальны и с них уплачены налоги в Украине. Но когда я просил у офицера безопасности посольства – "Мне что, стоит принести платежку из больницы и выписку из декларации?" – дабы мне открыли визу, он лишь потупил глаза. Паспорт мой полгода лежал в посольстве... Но когда на днях я вновь обратился в посольство, мне прислали бумагу, где лишь говорится – мой вопрос по-прежнему на рассмотрении. При этом никаких платежек предоставлять уже не требуют. Какая-то "химия"... 

– Намекаете на то, что за этим всем стоят происки Байдена?

– Считаю, что таким образом Байден препятствует моему приезду в США. Уверен, что он осознает – если меня пригласят в Сенат, то там я дам показания по сути того, что рассказал вам ранее. Есть и другой нюанс. У меня куча друзей в Америке – одноклассники, приятели и так далее... С их помощью я начал узнавать, в чем причина проволочек с визой. Оказалось, что меня внесли в черный список Госдепа. Я попал в перечень лиц, которым не велено давать зеленый свет. Полагаю, что за этим всем стоит Байден.

– Давайте вернемся к украинским реалиям. Новый президент Владимир Зеленский в своей инаугурационной речи сказал, что его не устраивает нынешний генпрокурор Юрий Луценко...

– ... и правильно заявил.

– Но до рассмотрения представления о его отставке, – похоже, вплоть до избрания нового состава Верховной Рады, – дело не дойдет. И существует интрига – кто придет после Луценко. Вы по-прежнему настроены вернуться на этот пост?

– Все мои документы (жалоба, где Шокин требует признать незаконным его увольнение с должности генпрокурора. – Прим. ред.) все так же лежат в ЕСПЧ. Только по итогам этого процесса можно будет говорить конкретнее (о перспективе возвращения на пост главы ГПУ. – Прим. ред.). Будет только по закону – ждем решения Европейского суда по правам человека.

– Искать правды в отечественных судах вы больше не хотите?

– Ранее, и это я наверняка знаю, все решения, которые проходили в Украине по моему делу, тормозились прежним руководством страны. Почему? Мне сказать сложно. Но все слушания свелись к обсуждению откровенно надуманного мотива – якобы я пропустил срок исковой давности... Это бред, потому как я действительно не знал деталей того, как голосовали за представление о моей отставке. И только после того как получил все документы из Верховной Рады о неперсональном голосовании по этому вопросу, обратился в суд... Я не считаю, что исковая давность нарушена.

– Порошенко и его приближенные давали команду судьям, чтобы лишить вас шанса вернуться на должность?

– У меня нет прямых доказательств. Но из того, что я знаю, – все было именно так. Они не хотели, чтобы это произошло.

– "Они" – это Порошенко или кто-то еще?

– Порошенко, в том числе, не хотел (моего возвращения в Генпрокуратуру. – Прим. ред.).

– Тем временем в попытках вернуть кресло главы ГПУ у вас уже наметился  конкурент. Поговаривают, что "фаворитом" нынешнего Офиса президента в качестве претендента на пост генпрокурора считается ваш бывший заместитель Виталий Касько. Вы с ним плотно общались, а затем рассорились.

– Первое. Виталий – очень грамотный юрист, в этом нет никаких сомнений, в том числе и у меня. Ранее я говорил: "Очень жаль, что "благодаря" Сакварелидзе (бывший зам главы ГПУ Давид Сакварелидзе. – Прим. ред.) и прочим лицам он в корне изменился, когда в 2015 году ему пообещали пост генпрокурора. Если говорить без учета этого момента, то как генеральный прокурор он будет вполне нормальным – это специалист. Безотносительно к персоналиям: сейчас в правоохранительной системе остро нужны профессионалы, которые знают свое дело. И если он станет генпрокурором, я буду это приветствовать.

– Давайте вернемся к событиям 2 ноября 2015 года, когда произошло якобы покушение на вас. К прессе вышел ваш заместитель Анатолий Матиос...

– Есть такой, тепловизор какой-то придумал...

– Позднее сказал, что и "на солнце бывают пятна". Так было ли покушение на Шокина?

– Давайте я расскажу, как все было на самом деле. Точно по времени уже не вспомню – но на часах было 21-21:30, мы с моим помощником находились у меня в кабинете, где проводили рабочее совещание. В этот момент у меня звонит телефон, набирает Климкин (министр иностранных дел Павел Климкин. – Прим. ред.). Говорит: "У вас что, стреляют?.." Я отвечаю, что ничего такого нет, но в это время мой помощник подбегает ко мне, хватает за руку и тащит из кабинета. Говорит, что действительно что-то происходит. Прибежала охрана, затем приехала СБУ – они обнаружили три пулевых отверстия в раме окна кабинета с внешней стороны. Я сразу сказал следователям, что если бы меня действительно хотели убить, то наверняка сделали бы это. И ликвидировали бы точно не в рабочем кабинете, ведь я хожу по улицам, я обычный человек. Спустя почти четыре года для меня все так же не ясно – это было покушение, угроза, предупреждение, профилактика с чьей-то стороны? Но то, что реальная угроза моей жизни существовала, – это правда. Такая угроза есть и сейчас, если к этому подходить объективно. А по тем событиям, насколько мне известно, следствие до сих пор идет.

– А есть мнение, что это была провокация и «подстава». Если это так, то принимал ли в ней участие ваш заместитель – главный военный прокурор Анатолий Матиос?

– Считаю, что Анатолий Васильевич – эффективный прокурор и в своей отрасли он очень сильный специалист. Считал тогда и сегодня считаю: он может и дальше работать в этом направлении. В свое время у меня были жаркие баталии с президентом в отношении Матиоса. Я его отстаивал.

– Порошенко требовал его уволить?

– Он относился к нему негативно, скажем так. Я же всегда убеждал его в обратном. Матиос достойный следователь и прокурор.

– Другой ваш зам, который усидел в своем кресле при Луценко, это Юрий Столярчук. Его называют членом вашей команды, но рапорт об увольнении добровольно он так и не подал.

– Я никогда не ставил такую задачу, что замы должны уйти следом за мной. Я не сторонник метода нажима, каждый выбирает свой путь. Почему Юра не ушел? Тут он сам знает, наверное. Почему его Луценко не убрал? Здесь все очевиднее – Юрий Витальевич ничего не понимает в работе, а Столярчук – это сильный следователь и профессионал. Его я предлагал на должность генерального прокурора.

– Президенту Порошенко?

– Да.

– Что сказал на это вам Порошенко?

– "Хорошо". Теперь, наверное, уже можно рассказать об этом... Когда меня уже спроваживали (в отставку. – Прим. ред.), встал вопрос, кто будет следующим генпрокурором. "А кого бы ты хотел?" – спросил у меня Порошенко. Я ответил, что только нормального прокурора. – "А у вас есть такой?" – "Есть, Столярчук". – "Пригласи его".

– Что дальше?

– Я позвонил Юре, он приезжает в кабинет президента, где мы сидели втроем – Порошенко, Столярчук и я. Президент спрашивал так, обращаясь к нему: "Виктор Николаевич решил уходить и предлагает тебя на должность генерального прокурора. Как ты на это смотришь?" Юра ответил: "Как скажет Виктор Николаевич, так и будет". Президент тогда подошел к Столярчуку, обнял его и сказал: "Юра, я рад что ты согласился быть генеральным прокурором".

– Что же в дальнейшем пошло не так?

– Не знаю. Япония (ранее Шокин говорил, что Луценко на коленях выпросил себе должность главы ГПУ во время визита в Японию. – Прим. ред.) либо полный обман. Япония ведь была намного раньше этого... Петр Алексеевич, к сожалению, меня обманул. Зная, что не будет генпрокурором Столярчук, а уже договорено с Луценко, он меня банально обманул. Мне было очень неприятно, когда я это понял.

– Только в этом обманул или таких ситуаций было больше?

– Это только наши с ним взаимоотношения. Пусть они такими и останутся.

– Вы продолжаете общаться с Порошенко?

– Нет. Мы не общались уже очень длительное время. С того времени, как меня уволили.

– А с Луценко?

– Пару раз виделся.

– Он не высказывал вам претензий?

– За что? Он мне "спасибо" должен сказать за то, что я тихо и спокойно ушел! А не стал настраивать своих знакомых и друзей, которые и сейчас работают в Генпрокуратуре, против него.

– По вашим данным, Луценко намерен усидеть в своем кресле и после парламентских выборов?

– Вы же видите по его характеру, кто такой Луценко... Как только президент Зеленский сказал – сразу Полторак (министр обороны Степан Полторак. – Прим. ред.) написал рапорт, Климкие (министр иностранных дел Павел Климкин. – Прим. ред.) дал заявление... Я бы без всяких разговоров сделал так же. Если бы Луценко являлся порядочным человеком, то после спича Зеленского (и даже при отсутствии голосов в парламенте за его отставку) он должен был уйти в длительный отпуск... Как минимум.

– Одним из самых запоминающихся эпизодов вашей работы в ГПУ стало выступление в парламенте с представлением о снятии неприкосновенности с нардепа Игоря Мосийчука. Парламентария арестовали, но в дальнейшем он вышел на свободу. И сегодня говорит, что вы сфальсифицировали его дело.

– История с Мосийчуком крайне простая. Были в реализации материалы СБУ, причем они занимались не его разработкой как нардепа, а других людей. И в ходе проведения НСРД и оперативных мероприятий вышли на ситуацию с ним. Имели место неоднократные эпизоды взяток – на видео в Верховной Раде мы продемонстрировали только один из них. Это все правда, и там ни грамма нет фальсификации. Да, он брал взятки.

– Так почему сегодня Мосийчук на свободе?

– Возникло две проблемы. Первая: когда я зачитал материалы и показал фильм о совершенном правонарушении, то отдал представление о снятии неприкосновенности с Мосийчука в руки Гройсману (на тот момент спикер парламента, а сегодня – премьер-министр Владимиру Гройсман. – Прим. ред.). Ожидал, что депутаты рассмотрят его по процедуре, дадут Мосийчуку слово, но вышло иначе – вопрос сходу поставили на голосование. Я был удивлен этому, ведь парламентский комитет даже не рассматривал ситуацию... Не знаю, почему и кем в президиуме парламента было принято решение о такой спешке, но именно это и послужило одной из причин процессуального характера, когда решение о снятии неприкосновенности с Мосийчука и признали незаконным. Де-юре это правильно. Но есть и второй момент – а почему дело не пошло дальше?

– Почему?

– Луценко, не знаю по какой причине, не дал ему ход. Там были еще эпизоды о взятках, кроме тех, что были показаны в Верховной Раде мной. Надо было провести экспертизы, очные ставки – и идти дальше. Но почему-то Юрий Витальевич посчитал иначе... Что двигало им – не знаю.

– А что послужило катализатором для вас работать в системе ГПУ, когда ваша дочь Татьяна Горностаева стала заместителем прокурора Одесской области? Причем ряд ее близких также занимали ответственные посты?

– Рассказываю всю эту историю, как есть. Когда я женился во второй раз, у моей супруги была дочь Татьяна (сегодня носит фамилию Горностаева. – Прим. ред.). Когда Татьяне исполнилось 16 лет, она меня спросила: "Ты не возражаешь, если я возьму твою фамилию?" И написала заявление в РАГС, после чего взяла мою фамилию и отчество. Я ее никогда не удочерял, она не является моей дочерью по крови или как-то по другому. Она только взяла мою фамилию. Дальше – у нее было первое замужество, затем второе... Так бывает, это жизнь. Но ее второго супруга, (Алексея –Прим. ред.) Горностаева, я и по сей день ни разу в глаза не видел и никогда не общался. Как и с его отцом (Николаем Горностаевым, экс-зампрокурора Днепропетровской области. – Прим. ред.). Говорить о том, что это родственные узы, которые мне приписывали – в том числе Лещенко (нардеп Сергей Лещенко. – Прим. ред.), – неправда. Таня никогда не была мне дочерью. Я с ней общаюсь раз в год, и то не каждый год. И повторяю – с ее мужем и Горностаевым-старшим не знаком и никогда не общался. Кто-то придумал миф, что мы родственники.

– Зато в реальности есть история убийства нашего коллеги Павла Шеремета. Дело по-прежнему "висит". Но уже после своей отставки вы утверждали, что знаете, как выйти на заказчиков преступления. Однако новых сигналов по расследованию этого преступления общество до сих пор не получило.

– Их и не будет...

– Почему? И кто на самом деле стоит за гибелью Шеремета?

– Фамилию публично называть я не буду. Но предполагаю и, как говорил ранее, практически уверен... Чтобы сказать с гарантией, необходимо провести следственные действия определенного характера. Причем там совершенно немного надо сделать. Я уже предлагал, что для этого необходимо, – просто вернуть группу, которая расследовала дело об убийстве журналиста Георгия Гонгадзе... Те, кто ведут дело Шеремета, меня прекрасно поняли. Я встречался с коллегами, которые вели историю по Гонгадзе – они считают, что в моих словах есть как минимум значительная доля правды. Это не 100%, и надо это проверить – все займет месяц, не более. Тогда можно было бы поставить точку в этом деле. Связь между этими делами, скорее всего, есть.

– К заказу данного преступления причастен один из народных депутатов?

– Можно сказать и так. Человек, который, как я считаю, в этом участвовал как заказчик, занимал раньше и занимает сейчас довольно высокий пост.

Подписывайся на Страну в Twitter. Узнавай первым самые важные и интересные новости!