Василий Голованов рассказал, почему порохоботам в эфире зрители уже не верят, и что случится с телевидением, когда его съест интернет. Фото: facebook.com/golovanov.vasiliy
Василий Голованов рассказал, почему порохоботам в эфире зрители уже не верят, и что случится с телевидением, когда его съест интернет. Фото: facebook.com/golovanov.vasiliy

Телеканал NewsOne в последний год часто находится в топе новостей. Его блокируют радикалы, власти и провластные политики обвиняют в “антиукраинской деятельности”, а Нацсовет по вопросам ТВ выписывает предупреждения одним за другим. На фоне этого NewsOne наращивает аудиторию и является одним из немногих телеканалов, которые могут позволить себе жесткую критику власти. Месяц назад генеральным продюсером телеканала NewsOne был назначен Василий Голованов. "Страна" встретилась с новым топ-менеджером, чтобы поговорить о ТВ в Украине, о том, какие новости смотрятся лучше, и от чего зависит рейтинговость политиков в эфире.

— Через ваши эфиры проходят толпы политиков. Интересных и не очень. Скучных и рейтинговых. Харизматичных и таких, которые душа компании в жизни, но на ТВ им лучше не появляться никогда. Что нужно делать гостям телеэфиров, чтобы быть интересными для аудитории?

— Эфиры эфирам рознь, и нельзя сравнивать, например, «Субъективные итоги», или там Большой вечер, куда мы приглашаем гостей. К примеру, кто-то в восторге от Евгения Червоненко, кто-то от Максима Гольдарба, кто-то от Дмитрия Спивака – это ведущие «Субъективных итогов» на NewsOne… А есть гости, которых мы приглашаем комментировать текущие события, и от того, насколько будут яркими их комментарии, зависит их рейтинг. Но не всегда эфирный рейтинг сопряжен с электоральным рейтингом. Есть персонажи, которых зрители считают клоунами, не в обиду представителям цирковой профессии. При этом зрители их смотрят – оторваться не могут. Красиво поют соловьи. Но голосовать они за них не будут. 

— Кто был самый скучный ньюсмейкер, с которым вам приходилось делать интервью?

— Какой же он ньюсмейкер, если он — скучный? Не припоминаю таких. Зато был случай, когда ко мне в эфир пришел в стельку пьяный гость — депутат из Радикальной партии. Так вышло, что он опаздывал, и гостевые редакторы не поняли, что он пьян. То есть гость пришел и в последнюю минуту заскочил в студию. А сразу же не поймешь, что человек пьяный, если он с ног не валится. В студии тепло, его развезло. Он начал нести  какую-то ерунду, перебивал второго гостя, взрослого уважаемого офицера. Было очень некрасиво.

— Как поступать в этой ситуации?

— Можно было остановить эфир. Или в рекламной паузе сказать на ушко ему, чтобы уходил. Либо же прямо в эфире сказать ему «До свидания!»

— И что вы сделали?

— В моей практике это был первый подобный случай. Я не был готов. Эфир тогда мы все-таки довели до конца. Потом был разговор с гостевыми редакторами, которые в принципе должны были проконтролировать, готов ли гость к эфиру или нет. Впрочем, он мог напиться за час до начала.

Был еще один курьезный случай. Однажды мы взяли в эфир стрим Ляшко, который он вел у себя на Фейсбуке. А он вдруг решил рассказать пошлый матерный анекдот. Причем, без предупреждения, с плавным переходом от какой-то истории, которая закончилась матерным анекдотом.

— А о чем хоть анекдот был, помните?

— Он говорил об уборщицах в Верховной Раде, которые моют грязные писуары и жалуются: мол, эти депутаты своими х**ми не могут управлять, а они, б**ть, еще страной руководить хотят!

— И как вы выкрутились?

— В тот же день Олег Валериевич был у меня в студии, и мы начали эфир с извинений перед нашими зрителями. Извинился я и Олег Ляшко. Дважды. В начале эфира и в самом конце.

— Зачем политики идут ведущими на телеканалы, и как вы к этому относитесь?

— Повысить узнаваемость, подогреть интерес к персоне. Есть ряд депутатов, которых никто в глаза живьем не видел. Поскольку они не общаются со СМИ. А есть часть политиков, которые регулярно ходят на каналы, как на работу. 

— Не кажется ли вам, что политик-ведущий — это не совсем честно по отношению к зрителю, и в этом есть доля манипуляции. Как ни крути, а такой ведущий сквозь призму будет пропагандировать линию партии, используя медийный ресурс.

— У нас политики появляются в авторской программе «Субъективные итоги». На то они и субъективные.

— Ваша коллега Наталия Влащенко писала о том, что политик-ведущий — это способ манипуляции, и это неправильно. Можно ли считать пропагандой одной политической силы канал, который на эфиры приглашает ведущих-политиков? 

— Мы приглашаем в эфир политиков с одной целью — повышение зрительского интереса. Мы понимаем, что любой успешный политик интересен аудитории и регулярное появление его в кадре в один и тот же день, в одно и то же время дает человеку возможность его включить. И мы понимаем, что эта рейтинговая горка растет. После того, как это начал делать NewsOne, это начали делать и другие каналы. А вы можете передать привет Наташе Влащенко и ZIK'у, на котором ведет свою передачу депутат Виталий Куприй (партия УКРОП. – Прим.Ред.)

— А если, скажем, к вам придет Владимир Арьев, нардеп от БПП и ведущий на "Прямом канале", и скажет, что хочет вести "Субъективные итоги" у вас на канале, вы ему позволите?

— Все дни заняты, это во-первых. И не нужно так улыбаться. А во-вторых пример некорректен, поскольку господин Арьев к нам не придет. Он и комментариев нам не дает, какой ведущий? 

— Насколько идеологическое содержание имеет значение для вас? Скажем, если к вам придет медийный и харизматичный ведущий, который не вписывается в критическую по отношению к власти повестку дня канала, однако у него есть своя аудитория.

— Например?

— Ну, скажем, блогер Тарас Березовец. Он же ведущий на "Прямом канале".

— Я его не раз приглашал к нам на эфиры в качестве гостя. Он всегда соглашался, а в итоге находил причину, чтобы не прийти. Но попробовать можно.

— В Украине появилась целая плеяда людей, восхваляющих власть и Президента в частности. Взяли бы себе такого на работу?

— Порохоботы людям не интересны. 

— Почему?

— Потому, что они рассказывают фантастические истории - мол в стране все хорошо, реформы идут, экономика растет, жизнь удалась. А человек в это время отходит от телевизора к холодильнику и думает: "А не, мальчик. Ты брешешь. В холодильнике у меня больше от твоих сказок не стало." 

— Многие критики нашей с вами деятельности, коллеги, медиа-эксперты обвиняют журналистов в продуцировании плохих новостей. Мы критикуем власть, а они нас, за то, что по их мнению, разжигаем таким образом ненависть в обществе. Что вы на это ответите? Почему у вас так много плохих новостей?

— Потому как, кроме всего прочего, мы продаем эмоции. Эмоция негативная — гораздо сильнее. Если показать зрителю два сюжета: первый, например, о том, что средь бела дня убили человека, и второй — «панда родила», так я называю позитивные сюжеты, которыми принято закрывать выпуски новостей. Так вот первый сюжет вызовет больше эмоций, а это – рейтинг. Не мы придумываем, что интересно смотреть зрителю. Зритель заказывает. Ну и плюс, плохого происходит в разы больше, чем хорошего. К сожалению. 

— И все же. В Европе и США есть вечерние ток-шоу. Очень популярные юмористические, развлекательные программы, без политики и негатива. Почему у нас нет такого?

— Некому делать, нет ярких шоуменов, звезд шоу-бизнеса тоже на пальцах рук пересчитать.

— Феноменальным стал успех Юрия Дудя, тележурналиста, который перенес фактически телевизионный формат интервью со звездными гостями в Ютуб. В Украине многие тележурналисты попытались сделать нечто похожее, но вышло слабо. Почему?

— Проблема с гостями. И в России немного, а у нас и того меньше людей медийно-привлекательных. Проще говоря, звезд. Потому же у нас в Украине пока не возможны вечерние шоу, типа Late Night Show, куда надо приглашать звезд — просто некого приглашать. Через пять-десять программ придут одни и те же лица. У нас острый дефицит медийных персонажей. По-настоящему интересных личностей даже из поп-культуры сколько вы сходу назовете? У нас нет прослойки культурной элиты. Хороших актеров, режиссеров, артистов и т.д.

— Имеют ли шанс на успех "позитивные" каналы, в которые сегодня активно вкладывается АП – каналы без критики власти, комментирующие позитивную повестку дня?

— На каждый товар есть свой покупатель. Но все видно по рейтингам. Тот же "5 канал". Спросите у людей, кто его смотрит? Единицы. 

— Но какой-то рейтинг у него все же есть. 

— Может его смотрят люди, которые помнят "5 канал" еще по Оранжевой революции, который сдулся сразу после того, как Виктор Андреевич начал что-то делить с Юлией Владимировной. Людям это было неинтересно. Если вы вспомните, в тот момент на "5 канале" днем показывали телемагазин — настолько пусто. Интереса к ним не было вообще никакого, и финансирования, я так понимаю, тоже, раз они вынуждены были продавать диваны.

— Для чего тогда в них вкладываются? Ошибочные инвестиции? Амбиции? Выборы? Ведь деньги немаленькие. 

— Безусловно, они все правильно делают. Чтобы иметь шансы на выборах, нужна поддержка СМИ. Просто у них рейтинги ниже, чем у тех СМИ, которые дают более объективную картинку.

— По рынку медиа гуляет слух о том, что NewsOne продали Медведчуку. Это правда?

— Мы никуда не продаемся, и никому не продались. Как работали, так и работаем.

— Если Медведчуку канал не продан, значит его собственником, получается, по-прежнему является нардеп Евгений Мураев? Насколько серьезно он вмешивается в редакционную политику телеканала?

— Да фактически не вмешивается. Владелец футбольного клуба же не пойдет к игрокам рассказывать, как им играть. Он может конечно, но это будет с его стороны глупо — он же не футболист. Но каждый владелец футбольного клуба хочет, чтобы его команда побеждала. С телеканалами та же история. Есть рейтинги, от которых тешится каждый владелец информационного ресурса. Мураев доволен результатом. Если цифры в рейтинге не такие, как он хотел, он может спросить — а почему?

— А он может сказать: «вот этих людей я не хочу видеть на эфирах»?

— Не было такого. Гостей он не цензурирует.

— А правда ли, что предыдущий генеральный продюсер Дмитрий Носиков ушел с канала после появления скандального видео-ролика, где Надежда Савченко матерится?

— Да, он сказал, что этот ролик не имеет ничего общего с телевидением. И ушел.

— А вы как считаете? Насколько у того «матерного» ролика много общего с ТВ?

— Самое интересное, что этого ролика в эфире не было. Это была сугубо вирусная реклама, созданная для интернета. И он выстрелила на 100%. И нет, она не имеет ничего общего с телевидением. А вот по поводу эфирных роликов – я считаю, что у нас одни из лучших промо роликов на украинском телерынке, все это благодаря нашей команде Промо во главе с креативным продюсером канала Женей Дудником.

— И все же как вы считаете, для делового серьезного информационно-аналитического канала ролик, где народный депутат ругается площадным матом — это прилично?

— А что значит "прилично"? А когда Олег Ляшко в кулуарах Верховной Рады говорит: "Климпуш-Цицькадзе... Ой, вибачте, я оговорився, Климпуш-Цинцадзе!" А по глазам-то хитрым  видно, что это заготовочка была. Вот это прилично? Повторюсь, ролик не был в эфире. Только в интернете. Вы давно пользуетесь интернетом? Вы смотрите то, что сейчас дети смотрят? Вы слышали этих новых рэп-исполнителей, где каждое третье слово — мат? И это сейчас дико популярно.  А темы какие — наркотики, секс, алкоголь. Грани стерты в тинейджерском интернет-пространстве. Там нет запретных тем. Загуглите кто такие Pharaon или Face, например. Там давно ничего не запикивают. 

— Не так давно телеканал NewsOne заблокировали псевдоактивисты. Вскоре после этого Дмитрий Корчинский анонсировал еще одну блокаду.

— Корчинский анонсировал акции и под другими каналами. Не знаю, под какими. Но мне говорят, что, возможно, к нам скоро снова придут. 

— Для чего блокируют? Может ли это быть своеобразным приглашением к переговорам? Акция, чтобы сделать менеджмент более сговорчивым? Штрафы и предупреждения, чтобы сделать канал более управляемым?

— Недавно нас отключили от цифрового вещания в Киеве и области. Компания, которая занималась ретрансляцией нашего сигнала и, соответственно прекратила это делать, принадлежит Порошенко.
Нам выписывают предупреждения, к нам приходят с проверками, к нам придираются за всякие мелочи. Знаете, сколько у нас дней траура в стране? Я сейчас тоже сказать не могу, но их огромное количество. Нацрада прописала каждый этот день вывешивать в эфире свечку. У нас одно такое предупреждение за то, что мы повесили свечку не в полночь, как это предписано, а в 8 утра.

— Так а чего вы ее в полночь не повесили? Сложно что ли?

— Так получилось — человеческий фактор. Человек, который должен был ее повесить — не повесил. Утром, когда заметил, что ее нет, позвонил и в срочном порядке попросил повесить. Время с полуночи до восьми утра — это то время, когда очень низкая зрительская активность. Но, де юре, мы были не правы. И нам «вкатали» очередное предупреждение. 

— Как канал адаптировался к языковым квотам?

— У нас, в отличии от других телеканалов, практически весь эфир украиноязычный. Если мы говорим о ведущих. У нас русскоязычный слот начинается в 19 часов. Весь остальной эфир у нас украиноязычный. А по закону, 75% эфира должно быть с 6 утра до 6 вечера, и с 6 вечера до 22.00. Вечерний прайм выделяется отдельно. А с 22.00 до утра там никто не считает. У нас после 22.00 те же самые «Субъективные итоги», они под квоты не попадают. Будем переделывать прайм, переводить его на украинский язык. 

— По поводу языка вещания вам еще не предъявляли претензии?

— Их и не может быть. Законом предусмотрен переходный период до октября текущего года. 

— Почему к вам не ходят на эфиры представители партии «Народный фронт»?

— Не совсем так. Часть депутатов, которые имеют отдельную позицию, они-то ходят, но это единично. Например, Татьяна Донец, до нее был Кирш, был Матейченко, это депутаты НФ. Но в целом, я знаю о решении фракции к нам не ходить. 

— А в чем причина?

—  Публично декларируемая причина – мол, мы  — "рупор агрессора" и все такое, в их понимании. На самом же деле им просто не с чем к нам идти. Они представляют власть, но не хотят отдуваться за действия своих коллег. У нас им зададут неудобные, но жизненно важные вопросы, на которые у них нет ответов.

— А какая в этом логика? Ведь по факту они просто теряют эфирное время. 

— Да, гораздо логичнее было бы приходить и пытаться отстаивать свою позицию. 

— Чувствуете ли вы дискомфорт, связанный с постоянной маркировкой "агент Кремля"? Гнетет ли вас то, что в силу обстоятельств вам приходится на себя принимать репутационный риск руководства телеканала, которое к вам как к творческой единице не имеет отношения?

— Нет, я отношусь к этому спокойно. Безусловно, мне не нравятся ярлыки. Но это, в принципе, условия работы. Куда ты не пойдешь работать — ты становишься частью коллектива, компании, бренда. Точно так же, как мы все несем ответственность за нашу страну. Мы все маркированы как украинцы, и приезжая за рубеж, представляем свою страну. И тут уже поди докажи, что президент Порошенко не имеет лично к тебе никакого отношения. И ты краснеешь, и за него в том числе.

—  Эта тревога в профессии придает журналистам драйва в работе или наоборот?

— Мне как генеральному продюсеру канала спокойнее, когда канал не блокируют с балаклавами, колючей проволокой и огнем. Потому что я переживаю за коллектив. Они приходят на работу и думают не о том, как сделать какой-то материал хороший, а о том, как им так выйти с канала и дойти до остановки, чтобы их по голове никто не ударил. И не надо ли поискать другую работу.

— Вернемся к спикерам. А если Донец и Кирш приходят, у них нет потом проблем в фракции?

— Судя по тому, что они приходят к нам неоднократно, видимо, нет. 

— Это люди могут себе позволить?

— Мне кажется, не все так спокойно в датском королевстве. 

А спикеры от АП? Я так понимаю, они больше открыты к общению?

— Горковенко (Владимир Горковенко, руководитель Главного департамента информполитики Администрации Президента - Прим.ред.). уже давно не ходит к нам на эфиры. Я вообще не помню, был ли он.

— Выигрышная позиция — это когда человек приходит и на обвинения в свой адрес грамотными аргументами отбивает все нападки, используя эфирное время как дополнительную площадку для пиара. Почему нынешняя власть этого не делает?

— У них мало хороших спикеров и нет сильной позиции. После Революции Достоинства у них был очень высокий уровень доверия и большие перспективы. С каждым днем перспективы меньше, рейтинги меньше, шансы на улучшение жизни украинцев меньше. Потому им сложно. Когда они приходили, на первых порах, они могли рассказывать, как все хорошо. Сейчас они вынуждены рассказывать, почему хорошо не стало. И у них нет аргументов. Война, как аргумент, уже исчерпал себя. И войны-то, как таковой, уже нет, активной ее фазы. Конфликт заморожен, да, там регулярно гибнут люди, но войны формально нет. А де-юре ее никогда и не было. Им банально не с чем идти на эфиры.

— Провластные спикеры проигрывают по рейтингам "зрадофилам" или нет? Если сравнить средневзвешенного депутата от БПП и представителя оппозиционной силы?

— Зависит от конкретного человека. Насколько харизматичен, насколько, в принципе, интересен. Но чаще провластный проигрывает.

— Кстати, АП извинились за свою фейковую новость о том, что ваш телеканал якобы выпустил фейковую новость?

— Нет. Но Печерский райсуд Киева принял к рассмотрению иск телеканала NewsOne к Администрации Президента относительно опровержения недостоверной информации, которая была распространена АП. Ждем. 

— А новость по-прежнему висит на сайте АП?

— Когда-то меня пригласили на круглый стол, организованный парламентским комитетом по вопросам свободы слова. И там во главе были Сюмар, Червакова и Герасимов (депутаты от Народного фронта и БПП - Прим.ред.). Поднимался вопрос о фейковых новостях и как с ними бороться. И когда мне дали слово, я сказал о том, что на сайте первого человека страны висит неправдивая информация, а вы хотите бороться с ней. Начните с сайта Президента. На тот момент я проверил, висело еще. Они никак на это не отреагировали — ‬отвели глаза, сменили тему. 

— В чем проблема снять фейковую новость?

— Одни говорят, что это не в их компетенции. А те, в чьей это компетенции, мне не отвечают. Некоторые включают игру "сам дурак". Я говорю: у вас фейк на сайте. А мне в ответ: "Вы там самі, шось, колись показали не то". 

— Нарисуйте нам портрет современного среднестатистического зрителя. Что это за человек, сколько ему лет, какое у него образование?

— Телезритель стареет. Средний возраст зрителя сейчас 50+. Молодежь уходит в интернет. В основном люди зрелые смотрят телевизор, и потом идут на выборы. Это люди советского прошлого, с советским образованием.

— Есть ли некая категория тем, которые, насколько бы общественно важными они ни были, не воспринимает ваша аудитория?

— Конечно. Как бы мы доходчиво не объясняли, каких бы гостей не приглашали, людям неинтересно смотреть, например, сюжеты про бюджет. Вообще, экономические вопросы, если это не тарифы и не курс гривны (и то ситуативно), — унылое болото, которое зритель не смотрит. Будем в эфире разбирать бюджет - зритель уйдет через три минуты. Это очень сложная и скучная тема. Люди не понимают, как это влияет на их жизнь.

— А что тогда людям смотреть всегда интересно?

— Драки, скандалы, кровь. Кадровые перестановки. Это как в футболе - кого тренер выпустит на поле. Или как в кино — кто сыграет главную роль.

В целом, беспроигрышные темы — это темы, которые потом люди пойдут обсуждать на кухню или на лавочку под подъезд. Но мы не идем на поводу у зрителя и не берем в эфир только темы с кухни. Мы стараемся предложить более широкое меню, где среди острого перца попадется и картошка пюре, и маринованный патиссон. Чтобы было сбалансированно. Мы обсудим бюджет — но в тех моментах и нюансах, которые будут зрителю интересны.

— Вы сами-то смотрите ТВ? И как относитесь к телевидению?

— Я крайне редко смотрю телевизор, когда это не касается работы. Это мой рабочий инструмент. Я не скажу, что кайфую от этого. Но я и не отношусь к телевидению как к абсолютному злу, там есть и позитивные и негативные вещи.

— А что позитивного в ТВ?

— Например, какая-то женщина, которая в своей бытовой жизни глубоко несчастна и неудовлетворена, включает сериал, плачет с главной героиней, потом включает какое-то талант-шоу, где домохозяйка выигрывает 1 млн долларов, и думает — не все у меня потеряно. И она уснет довольная, уткнувшись в подушку.

— То есть телевидение — это такой коллективный психотерапевт? Вы людей спасаете, выходит?

— Не мы — телевизор. Это замена того, чего у вас нет. А с другой стороны, вот, в скольких странах мира вы были? А у нас же многие люди за пределы своей области не выезжали. Я уже не говорю про страну. И они включают какое-то тревел-шоу, и вот они увидели Париж, Рим, Токио. Отлично же. Разве плохо? Они видят в телевизоре то, что никогда не увидят в реальности. Но это я говорю не про информационные каналы.

— Но ведь телевизор создает искусственный мир для людей. Люди, которые могли бы встать с дивана и что-то сделать, вместо этого смотрят телевизор. И медийные личности, в том числе телеведущие, для большинства людей — идолы. Вот вы, например, для какой-то условной Марьи Ивановны — мужчина мечты.

— О да, я — Олег Винник от информационного телевидения.

— Но все-таки, вы осознаете степень иконности, которую создает телевидение? Вы же реально становитесь для обычных людей светилами. Особенно для пожилых. И можете убеждать их в чем угодно.

— Это опция телевидения. Любой, кто попадает в телевизор, становится узнаваем, интересен и в какой-то степени обожествлен. Потому что он недоступен и кажется каким-то неземным существом обычным людям, которые с ним в жизни не пересекаются.

— А почему у вас ведущие такие молодые?

— Меня часто спрашивают, почему бы нам не взять ведущими людей постарше? Я — с удовольствием. И  знаю, что другие каналы тоже хотели бы. Потому что в США, к примеру, политические программы ведет седовласый мужчина, и ему аудитория доверяет больше. Но у нас нет таких седовласых. Так получилось, что они не выросли пока. Мальчики и девочки, которые сейчас сидят в эфире, состарятся и станут дедушками и бабушками, которым зритель будет доверять через двадцать лет. Дедушки, которые уже есть — из прошлого века, им противопоказан современный эфир.

— Почему вы не приглашаете ведущих из-за рубежа? Такая интеграция сейчас вообще возможна, или это очень дорого?

— Во-первых, не воспримут. Столько уже наши люди насмотрелись на всяких экспатов во власти, что еще и в телевизоре их не переживут. А во-вторых, это дорого. Зарубежная звезда просит за работу совершенно другие гонорары, нежели украинские звезды. Плюс надо оплатить проживание, какие-то дополнительные затраты, если предполагаются регулярные перелеты... Это чисто гипотетически я рассуждаю. У нас не было в планах кого-то приглашать, нам своих хватает. 

— Почему так популярны политические ток-шоу?

— Много мнений. Острая тема. Конфликт. Конфликт всегда интересен. Важно, чтобы между спикерами была искра. Из восьми спикеров между двумя точно будет искра. Делать ток-шоу дорого, но имиджево — оно того стоит. По сути сейчас в Украине всего три ток-шоу — "Право на владу" на "1+1", "Свобода слова" на ICTV и наш "Украинский формат". Мы конкурируем с общенациональными каналами.

— Напоследок вопрос глобальный. Когда появилось кино, все говорили, что умрет театр. Когда появилось телевидение, все прогнозировали смерть кино и театра. Насколько обоснован прогноз, что скоро интернет "съест" телевидение?

— Да, так и будет. Когда пройдет лет двадцать-тридцать, и то поколение, которое сейчас активно смотрит телевизор, уйдет — телевидения как такового не останется. Оно модифицируется.

— Что такое телевидение будущего?

— Это какой-то симбиоз телевидения и интернета. Такой ютубо-телевизор. Когда ты сможешь получать информацию по запросу. То есть, не так, когда тебе навязывают, что смотреть. Телевидение будущего опционно — ты можешь выбирать, что смотреть. Ты включаешь какую-то виртуальную коробку и выбираешь — хочу сейчас смотреть это и это. По сути, уже сейчас "Smart ТV" выполняет эту функцию. Но оно еще модернизируется. 

Подписывайся на Страну в Twitter. Узнавай первым самые важные и интересные новости!