Национализация Приватбанка взбудоражила миллионы украинских граждан, фото: Украинские новости
Национализация Приватбанка взбудоражила миллионы украинских граждан, фото: Украинские новости

"Приватный" Рубикон

Сказать, что национализация "Приватбанка" была вчера главной темой дня, – все равно, что ничего не сказать. Эта тема заполнила собой все – и ленты новостей, и мысли половины всех граждан Украины. Вчерашнее событие можно было бы сравнить с началом войны; по внешним атрибутам так и было – и экстренное обращение президента к народу, и паника возле банкоматов, и резкий скачок курса доллара, – но сравнение все-таки некорректное, поскольку начало войны в Украине в 2014 году прошло куда незаметнее, чем национализация "Приватбанка".

Но, как всегда при начале войны, все сопровождалось массированным выбросом лжи. Лжи насчет мирной передачи банка из рук частных собственников в руки государства и лжи насчет того, что все под контролем. Как всегда при начале войны, население официальным заявлениям не поверило, – только теперь не скупали соль, спички и крупы, а штурмовали банкоматы и обменники.

Слухи о возможности национализации "Приватбанка" ходили уже давно, но, с одной стороны, собственники сопротивлялись до последнего, с другой, власть не решалась на такой глобальный шаг, опасаясь последствий. Впрочем, всех последствий наверняка не просчитали, и они еще скажутся на экономической ситуации. Но у власти здесь были не экономические резоны.

Основной резон был политический (о котором, правда, Порошенко в своей речи не вспомнил). "Приватбанк" позволял Коломойскому и Боголюбову быть крупными акционерами государства Украина; контрольным пакетом акций они не владели, но блокирующий держали в руках. Когда в 2012-м "семья" попыталась отжать у "Привата" "1+1", Коломойский пригрозил обвалить "Приватбанк" – и "семья" отступила. Порошенко не отступил.

Он нашел способ заставить Коломойского и Боголюбова отдать "блокирующий пакет" – в обмен на хорошую компенсацию. Это только формально банк национализируется за 1 гривну, а в реальности за него заплатим мы все, поскольку власть напечатает от 120 до 150 миллиардов гривен, чтобы компенсировать 4-5 миллиардов долларов убытков "Приватбанка". Те самые, которые бывшим собственникам дали вывести за границу.

По сути, бюджетными деньгами Порошенко оплатил Коломойскому благополучную эмиграцию. В Украине ему теперь нечего делать, поскольку в отсутствие "Приватбанка" вся остальная собственность рано или поздно окажется в других руках. Если, конечно, у нынешней власти хватит времени. Поскольку Коломойский вполне может пойти по пути Березовского и вкладывать выведенные миллиарды в свержение насолившей ему власти.

На фоне всех этих катаклизмов удивляет почти полный штиль на политическом поле. Возможно, одни молчали из нелюбви к Коломойскому, другие – наоборот, потому что "от Бени откупились". Но, так или иначе, политический класс большей частью проморгал переломный момент в украинской истории. Вчера Порошенко дал старт кампании по построению Украины без олигархов – что в наших условиях автоматически означает государство без демократии. И теперь начинается война не на жизнь, а на смерть, в которой, с одной стороны, будут все олигархи, кроме одного, а на другой – этот оставшийся олигарх, стоящий во главе государства.

Кто обостряет ситуацию на Донбассе

На фоне "приватовского" катаклизма многие не заметили даже активизацию боев на Донбассе – самую крупную, как минимум, с мая нынешнего года, а то вообще с февраля 2015-го, когда шли бои вокруг Дебальцево. Теперь обстановка снова накалилась возле того же Дебальцево – на так называемой Светлодарской дуге.

По официальной украинской версии, в наступление пошли сепаратисты, но потом были отбиты, и отбиты так, что украинская армия продвинулась вперед на несколько сотен метров, заняв боевые позиции противника (по версии "ДНР/ЛНР" все происходило ровно наоборот). Учитывая тот факт, что в позиционной войне провести быстрое контрнаступление невозможно, занятие позиций сепаратистов заставляет подозревать, что не все так очевидно. Успешное контрнаступление возможно, только если оно подготовлено, – но если оно подготовлено, то это уже не контр-, а просто наступление.

К этому также следует добавить тот факт, что активизация боев на Светлодарской дуге совпала по времени с национализацией "Приватбанка". Правда, непонятно, какова была цель – новостями с Донбасса перебить волну новостей о "Привате" или наоборот. Но приходится констатировать: "Приват" в этой информбитве победил.

Санкции против России: еще полгода

Активизация боев на Донбассе совпала и еще с одним событием – принятием Евросоюзом окончательного решения по продлению санкций против России. Впрочем, объективно говоря, вчера на это решение уже нельзя было повлиять – оно состоялось раньше, выразившись в некоем компромиссе между сторонниками и противниками санкций – их продлевают, но не на год, как хотели первые, а только на полгода.

Решение знаменательно тем, что весной все были убеждены: в декабре санкции отменят. Об этом, в частности, говорила помощница госсекретаря Нуланд, приезжая в Киев. Почему же ее прогноз не оправдался? Главная причина – отсутствие прогресса на Донбассе. У европейских лидеров не нашлось повода, чтобы отменить санкции.

Но дело не только в этом. На ситуацию повлияли сразу трое выборов – одни прошедшие и двое предстоящих. С одной стороны, Меркель убедилась, что у нее нет (по крайней мере, пока) серьезных противников на немецких выборах, – а значит, можно не заигрывать с пророссийскими настроениями части электората. С той же стороны – предвыборные расклады во Франции, где Олланд понял, что ему не помогут никакие шаги в сторону России, – а значит, и нет смысла их делать. А вот с другой стороны – американские выборы. Победа Трампа позволила Путину чувствовать себя увереннее, держа в голове возможность "все порешать" после января.

В общем-то, нынешнее решение ЕС как раз и сводится к тому, чтобы дождаться июня, – а там уже действовать в русле того, как договорятся Трамп и Путин.

Возрождение индивидуального террора? 

Одной из главных мировых новостей вчера стало убийство российского посла в Турции Карлова. Дело в том, что убийства послов как метод политической борьбы были присущи первой половине 20 века. Это в 1918-м в Москве левые эсеры взрывали немецкого посла, чтобы сорвать Брестский мир, а в 20-е в Европе убивали советских послов, чтобы сорвать налаживание отношений между СССР и западными демократиями. В современной истории такого не было. До вчерашнего дня.

Судя по сообщениям, убийца мстил России "за Алеппо", то есть официальная Анкара вроде бы не причем. Однако сложности могут возникнуть именно в отношениях Турции и России, которые и без того весьма противоречивы, – с одной стороны, показательное экономическое братание, с другой – диаметрально противоположные позиции по Сирии. Впрочем, маловероятно, чтобы эти сложности привели к новой холодной войне между странами. Скорее наоборот. Президенты двух стран уже заявили, что этот теракт - попытка сорвать начавшееся сближение двух стран. 

Польша уходит из Европы

Польша тем временем семимильными шагами уходит из Европы. То есть формально она все еще в Евросоюзе и не делает никаких Polexit, однако все происходящее в ней неизбежно приведет к обострению желания западных стран отгородиться от поляков.

И дело не только в "майдане", заблокировавшем польский парламент, решивший действовать по примеру украинской Рады времен Януковича (когда коалиция уходила от оппозиции, чтобы принимать решения) и "украинскую" же ответку получивший. Все это следствие национал-популистской политики, которую проводит польская власть с момента избрания Дуды президентом.

Те, кто в Украине радовался избранию Дуды, уповая на антироссийскость националистов, теперь могут кусать локти. Мягкий проевропейский Коморовский, которого оскорбила Верховная Рада голосованием за героизацию УПА в день его выступления там, был для Украины куда более приемлемым вариантом. Поскольку волна национализма времен Дуды ударила не столько по России, сколько по Украине, особенно Западной. Которой еще предстоит осознать, что национализм – это не всегда хорошо.

Признание геноцидом Волынской резни, ОУН-УПА ее виновниками, антиукраинские лозунги радикалов и действия полиции – это только прелюдия к возрождению на государственном уровне лозунгов "Великой Польши", которая невозможна без Львова.

Как любой националистический режим, нынешняя польская власть является популистской. Вчера Дуда подписал закон о снижении пенсионного возраста – и этот закон одновременно является эпилогам всем планам вхождения Польши в еврозону. Немцы, повысившие себе пенсионный возраст и считающие (во многом справедливо), что они кормят весь ЕС, не будут мириться со страной, демонстративно совершающей прямо противоположные шаги. Больше того, высок риск, что немцы могут заблокировать любое решение по финансовой помощи полякам, если такая вдруг понадобится.

Похоже, Дуда и его ПиС идут на такие шаги намеренно, провоцируя изоляционизм Польши. А это, в свою очередь, будет ударом по проевропейским силам в Украине, которые и без того значительно ослабли в последний год.

Подписывайся на рассылку новостей Страны на канале Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости!