Ирина Гаврилова

Скандал с назначением и последующим увольнением шеф-редактора радио «Вести» Ирины Гавриловой стал одним из самых заметных событий на украинском медиа-рынке за последний месяц.

История эта началась 23 июня, когда руководство холдинга «Вести» объявило о крупных кадровых перестановках на радио. Новым генеральным продюсером радиостанции был назначен Виталий Доколенко, а шеф-редактором Ирина Гаврилова.

«С сегодняшнего дня генеральным продюсером радиостанции назначен известный украинский медиапродюсер Виталий Докаленко, - говорилось в официальном сообщении холдинга. - Ранее Виталий работал главным режиссером «Нового канала», руководил телеканалом «Тонис», был президентом Национальной телекомпании Украины, генпродюсером телеканала СИТИ, генеральным продюсером продакшена группы каналов «1+1». Заместителем главного редактора радиостанции «Вести» назначена известный журналист, замглавреда «Киевского Телеграфа», обладатель звания «Журналист года» Ирина Гаврилова. «На мой взгляд, это очень эффективное решение, - заявила глава медиахолдинга «Вести Украина» Ольга Семченко. - Радио Вести — это сильный бренд на рынке. Перед командой радиостанции стоят новые амбициозные задачи, среди которых укрепление позиции лидера на рынке и усиление редакционной команды».

Отметим, что Ирина Гаврилова известна в журналистской среде своими радикально-антимайдановскими убеждениями, которые она никогда не скрывала и, зачастую в весьма резкой форме, транслировала через страницы в социальных сетях. Поэтому известие о ее назначении сразу же вызвало брожение в медиа-тусовке. Появилось и множество негативных сообщений в социальных сетях. Высказывались опасения, что при таком шеф-редакторе Радио "Вести" развернет свою редакционную политику на 180 градусов, став жестко антимайдановским и пророссийским.

Тем не менее, 1 июля (в пятницу) Ирина Гаврилова официально вышла на работу. А уже во вторник, 5 июля, в 7 утра появился пост в ФБ народного депутата Борислава Березы, в котором нардеп изложил свою реакцию на творчество Ирины Гавриловой в соцсетях: «человек имеет право на свою точку зрения и на свое особое мнение. Но если особое мнение - это ненависть к Украине, радость по поводу гибели патриотов, антисемитизм и пророссийская позиция, то новый шеф-редактор Радио Вести этим мнением владеет в совершенстве. Я не понимаю, как такое может быть, но сторонник антиукраинских настроений теперь один из руководителей Радио Вести. Видимо из этой радиостанции будут лепить Völkischer Beobachter. Я в этом участвовать не намерен. Поэтому прекращаю все коммуникации с данной радиостанцией и постараюсь, чтобы моему примеру последовали и другие депутаты. А также сегодня планирую обратиться в СБУ чтобы они дали оценку высказываний этого существа. Радио Вести, давай, до свидания!».

К сообщению прилагались скрины сообщений в ФБ Ирины Гавриловой.

Уже совсем скоро Борислав Береза выполнил свое обещание и в 13.26 разместил у себя на ФБ скрин обращения к главе СБУ с просьбой проверить деятельность Ирины Гавриловой. Под обращением стояли подписи 21 депутата. Стало понятно, что события принимают серьезный оборот.

Ближе к вечеру пришли и другие новости. Часть коллектива Радио «Вести» обратилось к руководству медиа-холдинга с просьбой уволить с должности шеф-редактора Ирину Гаврилову из-за ее «высказываний в социальных сетях, которые ведут к репутационным потерям для редакции и ее сотрудников». 

Как сообщали в частных беседах и писали в соцсетях журналисты "Вестей", они считали, что после скандала с постами в ФБ Ирины Гавриловой, радио потеряет доверие слушателей и спикеров. 

Некоторое время из недр «Вестей» ничего не было слышно. И лишь поздно вечером стало известно, что, под давлением коллектива, Ирину Гаврилову все-таки уволили. «В связи с обращением коллектива «Радио Вести» к руководству медиахолдинга «Вести Украина» с письмом, в котором акцентировалось внимание на репутационных рисках, вызванными публичными высказываниями Ирины Гавриловой на личной странице в социальной сети, принято решение прекратить с ней сотрудничество», - сообщила пресс-служба радио.

Назначение и скандальное увольнение Ирины Гавриловой вызвало мега-волну обсуждений в журналистской тусовке. Поминали всуе и экс-министра доходов и сборов Александра Клименко, которого в СМИ часто называют реальным собственником холдинга «Вести» (холдинг и Клименко свою связь категорически отрицают). Клименко, как известно, после падения власти Януковича уехал в Россию, и сейчас обвиняется в Украине в ряде уголовных преступлений. Сам Клименко это называет политическими преследованиями.

Публицист Павел Казарин, написал, что ему предлагали пойти на Радио "Вести" за 100 тысяч гривен в месяц, но он отказался, потому что, по его мнению, нельзя честным журналистам работать в СМИ, которое принадлежит таким личностям как Клименко. А телеведущий Евгений Киселев призвал украинских бизнесменов выкупить радиостанцию у ее нынешних владельцев, "пока они ее не погубили".  

«Гавриловское начальство вынуждено было отступить. Но торжествовать по этому поводу я бы не торопился… Кадровая политика, которая диктуется из Москвы – кого продвигать, кого задвигать, кого брать на работу, кого не брать, кого вовсе увольнять без выходного пособия – это, увы, реальная вещь. И это действительно вопрос национальной безопасности страны, который надо как-то решать. В противном случае будет сплошная гаврилиада», - написал Евгений Киселев

Отреагировали на скандал и в России. Но со своими акцентами. Так, интернет-издание «Украина.ру» (является частью агентства «Россия Сегодня», которое возглавляют Дмитрий Кисилев и Маргарита Симоньян) видит проблему «Вестей» не только в кадровой политике, но и в попытках Клименко заигрывать с действующей украинской властью, поменяв в прошлом году редакционную политику «Вестей» на более лояльную к власти ради неких обещаний от Банковой: «Сменив риторику, «Вести» потеряли и читателя. А, потеряв читателя, перестали быть опасными для власти. Хуже того – кадровая ротация – привела к критическому падению качества входящих в холдинг СМИ. В результате они утратили влияние – то, из-за чего громили офис «Вестей», в конце концов, то – что по-настоящему пугало власть. Сыграв в поддавки, Порошенко или кто уж там от его имени вел переговоры с людьми владельца «Вестей», легко переиграли Клименко, который уничтожил свой медиа-холдинг собственными руками. В апреле 2016 года в принадлежащий Клименко банк Unison ввели временную администрацию. Тем самым украинская власть дала понять, что не только не позволит Клименко вернуться в Украину, но и не гарантирует неприкосновенность его бизнеса», - утверждалось в статье Украина.ру.

В общем, высказались все или почти все. Но в этом многоголосье явно не хватало одного голоса. Самой Ирины Гавриловой. «Страна», руководствуясь правилом предоставления слова всем сторонам конфликта, решила поговорить с Ириной о ее назначении и увольнении.

- Кто вам предложил работу шеф-редактора холдинга «Вести»?

- Должность шеф-редактора радио «Вести» мне предложила руководитель холдинга Ольга Семченко. Она мне позвонила, пригласила на встречу. Мы встречались несколько раз  в Киеве, обсуждали условия работы. У меня не было опыта работы на радиостанции. Но от меня требовалось не столько знание радийного мастерства, сколько коррекция контента. Речь шла о том, что руководство холдинга хочет, чтобы в эфире обсуждался более широкий спектр информации, обсуждались темы, которые волнуют общество, чтобы поднималось больше социальных вопросов, подавались разные точки зрения. То есть передо мной поставили задачу скорректировать информационную политику и обновить контент.

- То есть контент радио не устраивал руководство холдинга?

- Речь шла об обновлении информационной политики - в соответствии с реальным положением дел в стране.

- Вы говорили только с Семченко? Или экс-министр доходов и сборов Александр Клименко, которого в СМИ называют владельцем холдинга «Вести», также с вами общался?

- Нет. Только с Ольгой Семченко.

- Какие рычаги управления станцией вам были даны? Вы имели право влиять на кадровую политику?

- Мы говорили о кадрах. Мне озвучили, что на станции работает более 80 человек и само собой предполагалось, что я получу право оценить профессиональные качества сотрудников, предложить какие-то кадровые решения, новые эфирные программы. 

- Вы предполагали, что ваши взгляды, которые вы открыто декларировали, могут стать причиной бунта в коллективе либо привести к увольнению многих сотрудников? Обсуждали ли вы эту угрозу с руководством холдинга накануне вашего выхода на работу? Или, может быть, ваши политические взгляды были как раз одной из причин того, что именно вас назначили шеф-редактором, поставив задачу по корректировке информационной политики?

- Руководство холдинга знало о моей деловой репутации и моем послужном списке: я их не скрываю. Разумеется, моя позиция в соцсетях также является открытой, и прежде чем приглашать меня к сотрудничеству, ее изучали. Но считаю, что меня пригласили работать не из-за моих взглядов в ФБ, а зная о моем опыте в СМИ. О том, что мои личные  взгляды могут привести к противостоянию, мы не говорили. Естественно, что свои политические убеждения и я, и сотрудники радио должны оставлять за порогом редакции и руководствоваться стандартами, принятыми в масс-медиа, профессиональным подходом, а не делить друг друга на вату и вышивату, не разжигать ненависть и противостояние. Именно в таком ключе мы обсуждали эту проблему и руководство холдинга заверило меня, что сотрудники радиостанции - это молодые, современные журналисты, готовые расти и меняться.

- Как долго вы проработали на радиостанции?

- На самой радиостанции я проработала два дня. В первый день, в пятницу, 1 июля я входила в курс дел, изучала документы. В понедельник утром присутствовала на «летучке», а в обед уже разгорелся скандал, который привел ко всем известному результату.

- Когда разгорелся сам конфликт, вы находились на работе. Вы знали, что в редакции начали собирать подписи за ваше увольнение?

- Нет, я ничего этого не знала. Конечно, напряжение в коллективе чувствовалось, но оно было еще с момента моей презентации как шеф-редактора радио. Некоторым не нравилось, что я работала с левыми партиями, в частности, с СПУ. Также мне вменяли в вину  тот факт, что я работала в администрации Януковича. Претензий к моей профессиональной деятельности не было. Поэтому и скандал разгорелся не на профессиональной, а на политической почве, что позволяет предположить манипуляции и вброс извне. В обед одна из сотрудниц отозвала меня в сторону, в один из кабинетов, и сказала, что «коллектив не хочет работать с ватой, вы должны уйти». Когда мы вышли из этого кабинета, я увидела, что сотрудники станции собрались возле мониторов, где по 5 каналу и по 112-му транслировали новость о недопустимости моей работы на радио «Вести», которую обсуждали эксперты и депутаты.

- Какую позицию в такой ситуации заняло руководство холдинга?

- У нас состоялось несколько встреч с руководством, в том числе с участием Семченко, где спрашивали мое мнение, насколько я готова продолжать работу после этого скандала. Я сказала, что не вижу необходимости отказываться от должности, что нельзя путать личное отношение к тем или иным политическим взглядам с профессиональными вопросами. Но, в итоге, коллектив, вернее, его непримиримая часть, поставили ультиматум руководителям и мне сообщили, что Радио «Вести» прекращают со мной сотрудничество. Я была этим решением удивлена, так как получилось ситуация, когда «хвост виляет собакой». В конце концов, мои взгляды, были известны в момент принятия решения о моем назначении… При этом, я, естественно, четко различала свои личные убеждения и редакционную политику и не собиралась никому свою позицию навязывать.  

- А как руководство мотивировало необходимость вашего увольнения?

- Репутационными рисками для «Вестей».

- Куда делась ваша страница в Фейсбуке в день скандала? Она была недоступна.

- Насколько я понимаю, ее просто взломали. Буквально через час, после того, как в СМИ выложили подписной лист, мне пришло сообщение, что моя страница заблокирована и мне нужно подтвердить документами, что это мой аккаунт. Поэтому в разгар конфликта я  осталась без площадки, на которой могла высказать свое мнение. Более того, меня очень удивило, что ни одно СМИ, ни одна газета, ни одно информационное агентство не обратилось ко мне, чтобы я озвучила свою точку зрения. Вы первые, кто спросил меня об этом скандале. В том, что другие коллеги не захотели узнать мнение второй стороны, я вижу доказательство тому, что украинская журналистика скатывается все ниже. Когда я шла на эту должность, то считала, что и профессия и страна готовы меняться, но оказалось, что цензура и манипулятивные технологии стали заменой свободе слова. Я работаю в СМИ 25 лет и не припоминаю, когда еще было такое, чтобы журналисты даже не пытались получить полярную точку зрения. А ведь по сути, то чем я столкнулась - это запрет на профессию, мне как журналисту «перекрыли» доступ к профессиональной деятельности.  

- Были люди, которые вас поддержали?

- Да, это мои коллеги и друзья, с которыми я работала, а также подписчики в Фейсбуке. Но я рассчитываю на более широкую поддержку: если преследования по политическим мотивам будут продолжаться, а моя точка зрения передергиваться, то не исключаю обращения в международные и европейские правозащитные организации.

- Ваши посты в Фейсбуке многие коллеги расценили как антиукраинские…

- Меня в редакции обвинили в том, что я родилась в России и требовали показать украинский паспорт: это ли не дискриминация по месту рождения и по национальному признаку? Я родилась в России, но я живу в Украине, я гражданка Украины и люблю ее не меньше, чем те, кто называют себя патриотами. Но я хочу, чтобы Украина была мирной страной. Чтобы в ней не было ущемления свободы слова, давления на людей, разжигания ненависти и розни, расчеловечивания. Именно с такой «повесткой» я пришла на радиостанцию.  

- Тем не менее депутат Борислав Береза обратился к СБУ с требованием проверить ваши заявления и сообщения в соцсетях.

- Заявлениям нардепа Березы предшествовала волна в соцсетях, хорошо организованная и раскрученная. Это очередной пример целевой атаки на инакомыслящих, поддержанный законодателем. Я не могу себе представить, чтобы депутаты любой европейской страны пожаловались спецслужбам на журналиста за выражение позиции в соцсетях, а еще больше не могу представить, что общество и медиа  это одобрит и примет. К сожалению, у нас это оказалось возможным, как и манипулятивные обвинения в «непатриотичности», передергивание и искажение моей точки зрения. Жаль, что журналисты оказались «винтиками» в машине провокаций и преследований. Потому что политики приходят и уходят, а принципы и стандарты журналистики – остаются.

- И все-таки, прокомментируйте ваши сообщения в соцсетях, по которым были претензии.

-  Претензий не было. Были откровенные манипуляции, искажение моей точки зрения, элементы травли. Здесь речь уже не о комментариях, а о прямом наступлении на свободу слова, цензуре, затыкании ртов и сворачивании конституционных прав и свобод человека. 

- После обращения Березы – вызывали ли вас в СБУ? Чувствуете ли вы внимание к себе со стороны спецслужбы?

- Нет. Но я считаю, что свобода слова, правовое государство и европейские стандарты не совместимы с давлением и преследованиями по политическим мотивам.

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости