tsn.ua

— В 2005 году вы занимали должность генпрокурора. А Юрий Луценко возглавлял МВД. Говорят, что отношения в то время у вас были напряженными…  

— Неправда. У нас не было особых скандалов или противоречий. Были рабочие моменты, неувязки, недоговорки. Но до конфликтов дело никогда не доходило. Ну и какие могли быть конфликты? Любой министр МВД понимает, что генпрокурор — его надзорный орган и процессуальный руководитель.

— Как вы оцениваете тот факт, что у Юрия Витальевича нет юридического образования? Сможет ли он руководить Генпрокуратурой, принимать самостоятельные решения? 

— У него будут советники — юристы, которые будут давать ему правильные советы.

— А если совет будет неправильный? Могут же и подставить…

— Могут. И меня подставляли. И его подставят. И не раз. Что делать… Такова жизнь. Он должен быть готов к худшему развитию сценария.

— Возможно, вам уже поступали от Луценко предложения о сотрудничестве? 

—  От Юрия Витальевича мне никаких предложений не поступало. У меня абсолютно другой подход к организации работы прокуратуры. На мой взгляд, у меня он более консервативный, а у Юрия Витальевича Луценко более революционный и, насколько я понимаю, основную часть своей деятельности он посвятит очищению прокуратуры от коррупции и сокращению численности прокуроров почти вдвое.

— Почему вы так мягко говорите о его назначении? Вы же профессиональный юрист с огромным опытом работы. И явно понимаете, с какими проблемами столкнется Юрий Витальевич…

— А я вам объясню, что я не только понимаю с какими проблемами ему придется столкнуться, но и сам испытал на своей шкуре как это пытаться сломать старую систему. Я уже это делал в 2005 году после Васильева. На какой-то период времени нам удалось взять ситуацию под контроль, но потом с моим уходом прокуратура вновь покатилась вниз. Кроме этого, я никогда не говорю плохо о людях, с которыми работал и делал общее дело. Если бы я с ним не работал, я, может быть, его и критиковал бы. Но раз я тогда его не критиковал, значит и сейчас не буду. Хороший он или плохой. Хотя у нас были непростые взаимоотношения. Но не было ни разу такого, чтобы я к нему обратился за какой-то помощью по линии МВД (оперативной, технической или гуманитарной), и чтобы он мне отказал. Он лично всегда приезжал ко мне на совещания! Лично! Председатель СБУ мог заместителя прислать, а Юрий Витальевич всегда приезжал сам. Это свидетельствует о том, что он уважал должность генерального прокурора.

— Это хорошо, что он вас уважал. Но как вы воспринимаете тот факт, что ради его назначения парламент заставили менять законодательство Украины?

— В данном случае к Юрию Луценко у меня меньше всего вопросов. Я не знаю как бы я поступил, если бы такая история произошла со мной. Ну, вот думает человек, что на этом месте он может что-то сделать. Есть у него идеи. Сказал он об этом президенту. И тот его поддержал. Проявил железную волю. Пошел против общественного мнения и логики. Не послушал европейских чиновников, местную оппозицию, специалистов. Почему Петр Порошенко на это пошел? Возможно, он видит в этом какую-то особую необходимость, которую не видим мы с вами? А может быть, он хочет после Юрия Луценко назначить кого-то другого, кто тоже не имеет никакого отношения к юриспруденции? А Юрий Луценко согласился в этот переходной период зачистить авгиевы конюшни прокуратуры. Почему вы об этом не думаете? 

— И кто, по вашему мнению, может стать следующим генпрокурором?

— Ну, давайте скажем… — Святослав Пискун явно веселится. — Ну, например, любой олигарх, который на следующих выборах получит большинство в парламенте.

— Выходит, вы вообще не верите, что Луценко долго продержится в кресле генпрокурора?

 — Все будет зависеть от того, насколько наше государство будет терять в рейтинге как государство. Если будет социальный взрыв, то недолго. Если социального взрыва не будет, то сколько Бог отмерит…

— А вы ждете социального взрыва? И когда, на ваш взгляд, он может произойти?

 — Я не могу это прогнозировать. Но, судя по тому, как действующая власть строит свои взаимоотношения с людьми, ситуация не улучшается, а ухудшается. А пружина не может сжиматься вечно. Рано или поздно она разжимается. И всем будет хорошо… — Святослав Пискун делает паузу. — Точнее весело…

— Добившись назначения Юрия Луценко на должность генпрокурора, президент усилил свои позиции?

— Конечно, теперь у президента есть свои премьер-министр, генпрокурор, главный фискальщик, глава МВД (поскольку общая коалиция). В принципе, вся власть сосредоточена в одних руках.

— Но Арсен Аваков не является человеком Петра Порошенко. А коалиция — хлипкая.

— А что Аваков? Над ним теперь есть генеральный прокурор. Президент сделал очень правильно. Он всех посадил в один лодку. И сказал: либо все вылезли из ямы и выжили, либо покатились вниз головой. Все, точка. В сторону уже никто не отойдет. 

— А как восприняли назначение Юрия Луценко в Генпрокуратуре? Вы же общаетесь с бывшими подчиненными и знаете, какие там царят настроения…

— А как? Там всем уже все безразлично. На них же поставили клеймо самого коррупционного ведомства в стране. Хотя, согласно отчетам западных организаций, больше всего взяточников у нас в медицине, сфере образования, судах и милиции. Но об этом никто не говорит. Наверное, политикам выгодно сделать прокуратуру крайней. Отвести стрелки от себя.  

— А вы с Юрием Витальевичем общаетесь? Знаете его планы?

— Нет, не общаюсь. Но о его планах догадываюсь. Вероятно, он будет увольнять тех людей, которые работали при Пшонке, Яреме и Шокине. И брать на работу тех, с кем работал в МВД. Тех, которым доверяет. Вообще, он вполне может оставить всю коллегию Генпрокуратуры на месте. Ему достаточно поменять начальников управлений и отделов. И он полностью будет руководить ведомством.

— Говорят, Луценко близок с Касько и Баганцом. Как вы думаете, они вернутся в Генеральную?

— Ну, насколько мне известно, Касько ушел из прокуратуры. И не собирается возвращаться. И я не думаю, что он имеет какое-то влияние (профессиональное или политическое) на сотрудников прокуратуры.

— А Баганец?

— Алексей… Теоретически может пойти заместителем к Юрию Луценко. Но я почему-то думаю, что не пойдет.

— Почему?

— А я так думаю.

— Вы верите, что Юрию Луценко удастся реформировать прокурорское ведомство?

— Реформа прокуратуры может быть проведена лишь одним путем: путем изменений в законодательстве по европейскому образцу. И делать это должен парламент. А что может сделать как генпрокурор Юрий Луценко? Только действовать внутри самой прокуратуры: одних выгнать, других взять. Но это же не реформа. Это кадровая чистка!

— А надежду на то, что парламент поддержит реформу, вы питаете?

— Конечно, нет! У Юрия Луценко нет парламента. Это же было разовое голосование. А тут надо каждые две недели менять законы — системно. Что же, он каждые две недели будет такой хурал собирать?

— Прокомментируйте, пожалуйста, упрощенную систему применения заочного правосудия?

— Я лично против этого. Это один из способов сделать так, чтобы правоохранительные органы не работали. Есть человек или нет, это не имеет никакого значения. Нашли его имущество, пошли в суд, осудили, имущество забрали. И все — живи где хочешь, ходи где хочешь, и делай что хочешь…  Я думаю, что те, кто боялся правосудия из Украины, уже давно уехали. Оттого, что их здесь заочно осудят, им не холодно и не жарко. Эти люди живут под прикрытием России. А там их никогда не сдадут. Так что все это видимость бурной деятельности. Вопрос в том, как к этому отнесется Суд по правам человека в Страсбурге. Туда будут поступать сотни жалоб от людей, которых якобы незаконно осудили, якобы с нарушением уголовно-процессуальных законов, якобы по политическим мотивам. И к большому сожалению и разочарованию общества, бандитов оно не увидит.

— А что вы скажете о деятельности в Генеральной прокуратуре команды грузинских реформаторов?

— Очень хорошо подкованные ребята. Умеют красиво говорить. Пользуются научной терминологией. Правильные вещи озвучивают. Но практического опыта работы у них нет. Украина это не Грузия. У нас свой менталитет. И я думаю, что украинский народ менее коррупционен чем народы Кавказа и Азии. Поэтому и искоренять у нас коррупцию нужно по-другому. У нас нужно меньше говорить, но больше делать, ловить и сажать, ловить и сажать, ловить и сажать. Вот, я слышал, что хорошие специалисты еще есть в Узбекистане. Они научились уже бороться с массовой коррупцией. Почему мы их не приглашаем? А то у кого же нам учиться? Свои-то, как оказалось, ничего не могут… Поймите! Даже если Михаил Саакашвили получит еще два украинских паспорта, он все равно будет больше любить свою Грузию. И это нормально! Ну что такого особенного они привезли в Украину, чего мы не знали? что они могут сделать такого, чего мы не можем ? Посадить 10-15 взяточников так это легко, главное захотеть.

— Святослав Михайлович, а если серьезно. Как вы думаете, в чем настоящая причина переезда команды Михаила Саакашвили в Украину?

— Я думаю, что в этом много причин. Некоторые из них могут быть связать с недоверием к отдельным государственным деятелям, некоторые могут быть связаны с тем, что у руководителей государства короткая скамья запасных на эти должности, а может быть это что то личное, трудно сказать.

— Когда в 2005 году Петр Порошенко был секретарем СНБО, какие у вас с ним были взаимоотношения?

— Рабочие, человеческие. Такими они остаются и сейчас.

— Но, вашим заместителем в то время был Виктор Шокин. По слухам, человек Петра Порошенко. И поговаривали, что Порошенко давал ему команды через вашу голову.

— Я знаю, что Шокин и Порошенко очень давно знакомы, насколько мне известно они доверяют друг другу. В 2002–2003-х годах Шокин, работая заместителем генерального прокурора, надлежащим образом исполнял свои служебные обязанности и особых замечаний к его работе не было. А вот в 2005 году у нас с Виктором Николаевичем произошли некоторые разногласия, связанные со служебной деятельностью. Дело чуть не дошло до его увольнения. Однако мы нашли общий язык, Виктор Николаевич продолжал трудиться.

- В СМИ часто можно встретить версию, что Порошенко, Шокин и Луценко сфабриковали дело против Борис Колесникова по поводу вымогательства акций «Белого лебедя» в 2005 году, чтобы самим вымогать деньги и акции у друга Колесникова Рината Ахметова. Насколько это правда?

- Этим делом занималось МВД и Генпрокуратура. И, Шокин действительно, отвечал за результаты расследования. Вместе с ним и Луценко тогда работал. Вы же понимаете, что Генеральный прокурор не может прочитать каждое уголовное дело. Для этого есть заместитель по следствию.

— Ходят слухи, что в 2012–2013-х годах вы вынужденно уехали из страны из-за прессинга со стороны окружения Виктора Януковича. Это правда?

— Это был не прессинг, а прямые угрозы. И я был вынужден скрыться. Около года находился на нелегальном положении! Вывез семью, спрятал ее в Европе.

— А что вы не поделили с людьми Виктора Януковича?

— Они требовали, чтобы я написал заявление о том, что в 2005 году незаконно закрыл дело по ЕЭСУ против Юлии Тимошенко. Мол, без моего заявления приговор в Харькове не пойдет. Я естественно отказался это делать. Потому, что, во-первых, закрыл дело абсолютно законно. Во-вторых, таким образом я бы подставил не только себя, но и Верховный суд. Ведь тогда бы вышло, что они незаконно подтвердили мое решение. Мне напрямую тогда сказали: или пиши заявление, или тебе конец! Какой у меня был выбор?

— А после бегства Виктора Януковича где вы жили? Во Франции, с семьей?

— Далась вам эта Франция! — неожиданно взрывается Святослав Михайлович (видимо, вспомнив заявление Сергея Лещенко во время недавнего эфира у Савика Шустера, как тот заявил, что у Пискуна и его семьи роскошная вилла на Лазурном побережье во Франции. А после того как Пискун начал оправдываться, что мол, эту виллу не покупали, а приобрели по договору мены, Лещенко поднял его на смех: "на квартиру в Киеве обменяли виллу на Лазурном побережье? А кто теперь в квартире киевской живет? Француз или собачка француза?". В ответ Пискун начал кричать и обозвал Лещенко сумасшедшим, сказав, что ему надо лечиться - Прим.Ред.). — Я катаюсь. Езжу туда-сюда. Например, в Австрии прожил больше, чем во Франции. Почему это никого не беспокоит? Ну что вы, не понимаете? Все, что обо мне говорят, это черный пиар! Его заказывают мои враги. Среди них есть два известных олигарха-миллиардера, которые очень пострадали от моих действий на должности Генерального прокурора. Им пришлось вернуть государству незаконно приватизированные объекты на десятки миллиардов гривень. Вот теперь они мне мстят за мою прокурорскую деятельность. Для этого нанимают продажных журналистов, которые льют на меня грязь, так как бояться моего возвращения на работу в правоохранительные органы. Вот наняли журналиста Л.  Я думаю, что это связано с одним судебным процессом, где генеральный прокурор Пискун стал на сторону закона и олигарх потерпел убытки. 

— А где вы сейчас работаете? Чем занимаетесь?

— Я заместитель председателя Союза юристов Украины. Наша организация объединяет 120 тысяч юристов Украины. Вы знаете, сколько у меня работы? У меня уже шесть встреч сегодня было, еще до вашего прихода. И еще три будет. Не хватает рабочего дня! Сегодня столько юристов обращается за помощью, вы себе не представляете!

— В таком случае, что вы скажете о деле адвоката Грабовского?

— Я думаю, что его убили люди, которые были заинтересованы в срыве дела над российскими гэрэушниками. И что это была чистейшей воды провокация. Вопрос, кто ее организовал. И почему до сих пор не названы имена убийц… Я вообще в шоке! Почему забыли об этом деле? Из-за него имидж Украины серьезно пострадал. Особенно в международном правовом сообществе.

— А вы верите в то, что Олеся Бузину убили те, кто обвиняется сегодня в этом преступлении?

— Я в это дело не вникал. Но мне показалось, что воли расследовать это дело — нет. Создали такое общественное мнение, что, если ты не кричишь «Слава Украине, героям слава!» — значит ты оторванный кусок хлеба и с тобой можно делать все что угодно… Это плохо. Это раскалывает общество. Даже если человек придерживался пророссийских взглядов, это не повод его убивать.

— Как вы вообще оцениваете то, что происходит сегодня в стране, ситуацию в криминальной сфере: каждый день стрельба, взрывы…

— А что вы хотите? Работа правоохранительных органов сегодня полностью бюрократизирована. Заявление — дело. В результате в стране зарегистрировано более 4 миллионов уголовных дел. И я даже не хочу думать, — усмехается, — что их кто-то собирается расследовать. Кто?! Раньше, даже в самые плохие годы, мы регистрировали не более 600 тысяч преступлений. При этом кадров и в прокуратуре, и в милиции, и в других правоохранительных органах катастрофически не хватает. Я уже не говорю о профессионалах. Они ушли. Остались либо молодые романтики, не имеющие опыта и знаний. Либо старики, которые досиживают до пенсии. А вот средний класс специалистов исчез. Это неизбежно приведет к деградации общества. И с каждым днем преступность будет набирать обороты. Она чувствует безнаказанность.

— А реформу полиции прокомментируете?

— А в чем реформа? Может мне кто-то объяснить? Я же говорю: кадровая чистка!

— Будучи генпрокурором, вы занимались расследованием дела об убийстве экс-главного редактора «Украинской правды» Георгия Гонгадзе. Сегодня экс-президент Леонид Кучма, которого подозревали в причастности к этому делу (но не привлекали к ответственности), возглавляет контактную группу в Минских переговорах. 

— И что тут скажешь? Понимаете, как только мы начинали активничать по делу Георгия Гонгадзе — начинались проблемы. Первый раз меня Леонид Кучма сразу с должности снял. Уже на следующее утро после ареста Алексея Пукача. И Виктор Ющенко тоже без радости относился к расследованию этого дела. Потому что понимал: если легализовать пленки Мельниченко (а без этого полноценное расследование дела невозможно), окажется, что очень многих политиков надо привлекать к уголовной ответственности. Ведь на этих пленках они сами говорят о своих действиях, которые могут инкриминироваться как преступление. Поэтому никто из сильных мира сего не был заинтересован в расследовании этого дела. Кстати, хочу сказать насчет Минских соглашений: я с самого начала говорил — это неформат. Нам не надо было на него соглашаться. Мы вполне могли настоять на Женеве или Вене. Там присутствуют первые лица государства, и они же подписывают соглашения. Я просто удивляюсь, что США и Европа так сильно настаивают на этих соглашениях.

— И чем все это, по вашему мнению, закончится?

— Голосованием в Верховной Раде за Минские соглашения. Оппозиционный блок, «Вiдродження» и БПП дадут голоса.

— А президента после этого не снесут?

— А при чем он здесь? — хитро прищуривается Святослав Пискун. —Он же делегирует это решение парламенту. Затем пройдут выборы на Донбассе, формально закроются границы (но самом деле на границах будут стоять силы ДНР и ЛНР — можете мне поверить), и как только новоизбранные местные советы зайдут в свои кабинеты — встанет вопрос о довыборах в Верховную Раду. Там ведь из-за войны народных депутатов не выбирали. Учитывая тот факт, что депутатскую неприкосновенность так и не отменили, все эти Захарченко и Плотницкие въедут в Киев на белом коне, в качестве народных депутатов.

— И как на это отреагируют бойцы АТО?

— Как отреагируют? Будут стрелять.

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости