С воскресенья, 25 ноября, внимание всего мира приковано к событиям, развернувшимся вокруг "керченского инцидента". Ситуация в акватории Азовского моря накалила до предела и без того крайне непростые взаимоотношения между Украиной и Россией – в воздухе запахло если не войной, то масштабным кризисом.

Его участники не перестают кивать друг на друга, параллельно пытаясь заручиться поддержкой международного сообщества.

Действия РФ официальный Киев трактовал как факт вооруженной агрессии. Со скрипом и проволочками, но в десяти регионах Украины со среды, 28 ноября, вступил в силу режим военного положения.

Москва же подает ЧП как внутриполитическую "игру на обострение" со стороны Банковой, рассматривая инцидент в акватории Азовского моря сквозь призму нарушения украинскими плавсредствами государственной границы России.

По этому делу 27-28 ноября Киевский райсуд Симферополя постановил арестовать экипаж артиллерийских катеров "Бердянск" и "Никополь", а также буксира "Яны Капу" – всего 24 человека. Свое расследование ведут и в Украине – о подозрении заочно сообщили пограничникам ФСБ и военнослужащим ВС РФ, которые захватили украинских моряков.

"Страна" решила посмотреть на конфликт, который может стать поворотным для судьбы Украины, с точки зрения морского и международного права. Здесь, как гласит популярный интернетовский мем, все оказалось не так однозначно. А главная коллизия уходит своими корнями в аннексию Крыма. Впрочем, обо всем по порядку.

О чем говорят моряки

Блогер Анатолий Шарий опубликовал наиболее полную версию аудиопереговоров экипажей украинских и российских судов, которые предшествовали атаке.

Из них становятся понятны некоторые детали, значимые для тех, кто пытается разобраться в подоплеке ЧП.

Так, "диалоги" между моряками начинаются с того момента, когда украинцам, очевидно, предлагается выйти за пределы 12-мильной территории около побережья Крыма, которую Россия считает своими внутренними водами (а Украина и международное сообщество – украинскими). 

"Это мероприятие... Будьте добры, выйдите за пределы территориального моря, дальше без моего разрешения не идите куда глаза глядят", – обращается к капитану украинского судна представитель РФ.

Ответы наших моряков на этом эпизоде едва различимы. Но исходя из дальнейшего контекста диалога, россиянам задали вопрос, почему украинским кораблям не дают проследовать под Крымским мостом.

Вероятнее всего, на тот момент российская сторона заявила о приостановлении движения. Был ли к тому моменту перегорожен проход под мостом якобы неисправным судном, которое подогнали буксиры, неясно.

Представитель российской стороны лишь сказал украинским морякам, что в общем-то рядовая ситуация внезапно стала неоднозначной. И недвусмысленно дал понять, что выполняет решение своего начальства: "Если вам уже до этого разрешали проходить и никаких проблем не было, никто никаких не строил препятствий для прохода, то сейчас вам сказали, что временно приостановлено движение. По каким причинам, не должны никто никому объяснять. Открыли бы движение, разрешили бы вам спокойно пройти, и вы бы проследовали. Никто бы никуда не ходил, друг друга не вызывал и не рассказывал бы про соглашение между Украиной и Россией".

В конечном счете от украинских кораблей потребовали сменить место дислокации (их координаты на тот момент по аудио неясны) и выйти за пределы территориальных вод России "в ожидании разрешения на проход". В этот момент в разговор попытался встрять третий собеседник, очевидно, также из России. Он предложил отбуксировать украинское судно. Но наши моряки отказались от этих предложений. И, скорее всего, продолжали выяснять, почему им не дают проследовать по маршруту.

В тот момент ситуация выглядела хотя и спорной, но уж точно не предвосхищала вооруженного конфликта. "Мы вам рекомендуем одно, вы не выполняете. Вы мне сейчас рекомендуете другое, ждете, что я буду... – начал свой спич российский парламентер, который прервался помехами. – Понимаете, я продолжу и буду до конца стоять. Неужели вам нельзя просто выйти за пределы территориальных вод и встать в ожидании разрешения?"

С его слов, на тот момент об инциденте уже были уведомлены представители военного командования и власти обоих государств. Поэтому коллега украинского капитана предложил всем дождаться инструкций и, исходя из этих директив, предпринимать дальнейшие шаги.

"Я так понимаю, что наши руководители этот вопрос там решат. Не на нашем уровне. Мы исполнители, мы защищаем. И я вам говорю, покиньте территориальные воды, встаньте там, ждите разрешения. Тем более что прецедент прохода ваших кораблей недавно был. Спокойно они прошли и никто им не создавал... Да, их сопровождали, но никто не давал им не проходить, никто им слова не сказал. Почему сейчас возникла такая ситуация – вам говорили, временно приостановлено движение. А почему такое принято решение, какие причины приостановки – это уже не нам решать. Просто временно приостановлено, не навсегда", – заявил представитель РФ.

Точка невозврата

Дальнейший разговор россияне вели уже с позиции намека на свое превосходство в акватории.

"Я здесь имею приоритет прохода впереди всех, здесь для меня мой дом, поэтому я здесь хожу в приоритете. Для меня, если бы поступил в закрытый район, я бы тоже не имел права сюда заходить. Там написано – для иностранных военных кораблей стоп... Не для российских закрыли, если бы закрыли для российских, поверьте, я бы тоже сюда не зашел. Потому что запрет есть запрет", – говорит переговорщик из РФ. Украинский капитан пытается ему возражать, но уловить конкретные слова его речи проблемно. Скорее всего, он давал понять, что наши суда, наряду с российскими, имеют аналогичные права в силу ранее подписанных договоров.

Ответ российской стороны был таков: "Я не знаю пересечения... через международные каналы, не в этом дело. Просто я еще раз обращаю внимание, до прецедента прохода ваших судов никто им проблем не создавал. Там сопроводили, потом они прошли туда спокойно, куда необходимо им, и никто им слова не сказал. Да, мы сопроводили их через весь пролив, вопросов нет. И в этой ситуации, пока закрыли и официально не решили вам в других кругах этого вопроса, ваша задача была – подождите в районе территориальных вод. Потому что на данный момент это все расценивается как провокация. Согласитесь".

Услышав это, капитан украинского корабля заявил, что "как решат, так и будем действовать", очевидно, также уповая на скорейшее разрешение конфликта с помощью уведомленного об инциденте начальства. После чего на записи, выложенной Шарием, начинается этап жестких переговоров.

На них капитан украинского судна, по сути, регулярно произносил в эфир одну и ту же фразу, где указывал на право нашего флота использовать акваторию на паритетных началах с РФ. Эти заявления "уходили в воздух" и всячески игнорировались, ведь россияне трактовали ситуацию, оценивая место конфликта как собственные территориальные воды. В конечном счете, украинским кораблям вменили в вину нарушение границы России.

Где конкретно на тот момент находились украинские корабли, ответа нет. По логике развертывания событий, они снялись с места, где вели изначальные переговоры, и попытались уйти туда, откуда прибыли изначально. Но этому маневру отчаянно принялись препятствовать суда РФ.

Погоня

Далее последовала словесная пикировка, во время которой украинские корабли пытались уйти от преследования российского флота.

Корабль РФ: Я вам рекомендую застопорить ход и не выходить за пределы территориального моря РФ, как меня поняли, прием?
Украинский корабль: Вельбот-354, вашу работу не понял.
Корабль РФ 1: Не понял, вот тугой...
Корабль РФ: Я Вельбот-354, напоминаю вам, предупреждаю, вы являетесь нарушителем государственной границы, выход вам из территориального моря РФ запрещен, прием.
Корабль РФ 2: Они что е@#$улись что ли...
Украинский корабль: 354, я Шхуна-175, двигаюсь к выходу из Керченского пролива, который является совместным для плавания Украины и РФ. Я Шхуна-175, прием.
Корабль РФ 1: Да, с@ка, на украинском стал...
Корабль РФ 3: Бейте уже их, что ли.
Неизвестный корабль: На х@# ты пойдешь...
Корабль РФ 1: Сразу понял русский язык.
Корабль РФ 2: Будьте адекватны, не надо ругаться...
Корабль РФ: Ваши действия будут расценены как неповиновение законному распоряжение властей РФ. Я Вильбот-354, прием.
Корабль РФ 1: За конфеты шоколадные сдохнешь.
Корабль РФ 2: Вон он, в засаде сидит.
Корабль РФ: Какие ваши действия?
Украинский корабль: Наши действия я вам доложил полчаса назад. Что выхожу из Керченского пролива в Черное море...
Корабль РФ 4: Вы идете в порт назначения, правильно понял?
Украинский корабль: Я возвращаюсь в свой порт назначения, прием.
Корабль РФ 4: Понял вас, идете в порт приписки Одесса
Корабль РФ: Я Вельбот-354, довожу еще раз наши требования, немедленно остановитесь. Вы являетесь нарушителем границы РФ, застопорите ход. Как меня поняли, прием?
Украинский корабль: Вильбот-354, я Шхуна-175, двигаюсь к выходу из Керченского пролива в соответствии с договором о совместном плавании в проливе и Азовском море.
Корабль РФ 5: Я Вельбот-353, 175 прием...
Украинский корабль: Я Шхуна-175. Двигаюсь на выход из Керченского пролива, вооруженной агрессии не применяю, не применяю, иду на выход, прием... Вооруженной агрессии не применяю. Двигаюсь на выход из Керченского канала, который является совместным для плавания Украины и Российской Федерации в соответствии с договором между РФ и Украиной о сотрудничестве, а также об использовании Керченского пролива и Азовского моря.
Корабль РФ 5: 175, прием. Вы являетесь нарушителем государственной границы, остановите немедленно свое судно, сигнал Lima.
Украинский корабль: Я Шхуна-175, не применяю агрессии, двигаюсь к проливу. Вельбот-353, ваши действия нарушают Устав ООН и нормы морского международного права.
Корабль РФ: Я Вельбот-354, еще раз вам повторяю, сигнал Lima – остановите немедленно свое судно.
Корабль РФ 6: Я корабль береговой охраны, прием...
Украинский корабль: Выхожу из Керченского пролива, оружие не применяю, намерений вооруженной агрессии нет. Выхожу из Керченского пролива. Я Шхуна-175. Всем судам, находящимся в районе Керченского пролива. Я Шхуна-175 вместе с Шхуной-176 и Десной-947 двигаюсь на выход из Керченского пролива, вооруженной агрессии не имею, оружие не применяю. Действую в соответствии с договором между РФ и Украиной. Всем судам, которые находятся в районе плавания Керченского пролива, я Шхуна-175 вместе с 176 и 947...

В дальнейшем такие сигналы регулярно передавали в эфир украинские моряки. Россияне к тому моменту окончательно потеряли терпение. "Та застрелите его, пусть уже не орет", – вскричал в радиоэфире один из "парламентеров" флота РФ. Другой потребовал от украинцев прекратить истерику в эфире, а третий зачем-то упомянул "порошенковские конфеты". Стало понятно, что уйти в открытое море украинским кораблям уже не дадут.

Корабль РФ: Борт 175, 176 и 947, я Вельбот-354. Немедленно застопорите ход, иначе по вам будет применено оружие. Я Вельбот-354, прием.
Корабль РФ1: Примените уже, хватит. За@#$л этот цирк.
Украинский корабль: Всем судам, всем судам... Я Шхуна-175, 176, Десна-947, двигаюсь на выход из Керченского пролива в Черное море. Оружие не применяю, действую на основании Конвенции ООН и международного права. Руководствуюсь договором о совместном использовании Керченского пролива и Азовского моря.

Далее следуют три минуты словесной перепалки, где украинские моряки повторяют одни и те же заявления. Основной их месседж прежний: "Вооруженной агрессии не выявляю, артустановки не навожу... Оружие не применяю, действую в соответствии с соглашением о совместном использовании Азовского моря". Сторона РФ на них отвечала требованиями остановки. Кроме того, за несколько секунд до тарана капитан украинского судна требовал от россиян прекратить опасные маневры.

Высказывания российских экипажей накануне тарана заслуживают отдельного цитирования.
Корабль РФ 5: Вы являетесь нарушителем границы РФ, сигнал Lima, застопорить ход. Сигнал Lima, застопорить ход.
Корабль РФ 3: Топи его уже, б@#$ь.
Корабль РФ 5: Десна-947, Шхуна-175, 176, вы не подчиняетесь законным требованиям пограничного корабля береговой охраны РФ, сигнал Lima, лечь в дрейф, иначе будет применено оружие.
Корабль РФ 2: Топи его, уже давно бы.
Корабль РФ 4: Когда тебя уже, с@#а, на абордаж возьмут, и наших россиян на тебя обменяют...

Как расшифровать переговоры и что предвосхищало морской бой

Чтобы понять смысл споров, которые вели на воде моряки, напомним – азовская акватория не раз являлась предметом споров между Украиной и Россией с момента распада СССР. Но, как считалось, соломоново решение было найдено в 2003 году.

Тогда был подписан базовый договор о российско-украинской государственной границе, согласно которому Азовское море и Керченский пролив были признаны историческими акваториями Российской Федерации и Украины. Его фундаментальная основа – гарантии обеспечения свободного судоходства через пролив для судов обеих стран. В том числе и военных.

Новую эскалацию в акватории Азовского моря повлекли за собой Евромайдан и последовавшая вскоре после его победы аннексия Крыма. В Москве стоят на позициях, что с 2014 года диспозиция сил в акватории изменилась. По трактовке Кремля, отныне Керченский пролив с обеих сторон окружен территорией Российской Федерации, поэтому Россия вправе считать его своими внутренними водами.

Впрочем, ни Украина, ни международное сообщество не считают подобную точку зрения правомочной.

Еще более ситуация усугубилась весной 2018 года, откуда берут свой отсчет сразу три знаковых события.

Во-первых, сначала украинские силовики задержали российский сейнер "Норд" и, выдвинув подозрения в нарушении порядка въезда на временно оккупированную территорию, арестовали экипаж судна. В ответ уже российские пограничники задержали рыболовецкое судно из Украины.

После длительных переговоров, экипажи обоих судов стали элементом фактического обмена по принципу "семь на семь".

Во-вторых, с мая 2018 года в Кремле объявили о запуске в эксплуатацию Керченского моста, соединившего полуостров с материковой частью РФ.

Именно с момента открытия моста (то есть задолго до воскресных событий) в Киеве начали сетовать на длительные остановки и досмотры украинских торговых судов, следующих в азовские порты Мариуполь и Бердянск. По подсчетам замминистра инфраструктуры Юрия Лавренюка, к середине лета российские пограничники задержали 148 украинских судов при прохождении Керченского пролива.

Сложившаяся ситуация даже стала предметом бурных обсуждений. В Украине били в набат, уверяя в фактической блокаде – из-за проволочек с прохождением Керченского пролива начала падать загрузка портов Мариуполя и Бердянска. Отреагировало на нововведения и международное сообщество.

Так, в заявлении Госдепа США от 30 августа говорилось, что процедуры, которым подвергаются пересекающие Керченский пролив украинские суда, являются нелегитимными. А страны ЕС пригрозили России "конкретными мерами" из-за чрезмерных проверок судов.

В октябре Европарламент даже принял резолюцию, в которой призвал ужесточить против Москвы санкционный режим, если конфликт в Азовском море усугубится. Депутаты Европарламента считают, что Россия препятствует украинскому судоходству и нарушает международные договоренности, в частности положения Конвенции ООН о морском праве, согласно которой как прибрежные, так и не имеющие выхода к морю государства имеют право мирного прохода через территориальное море.

Впрочем, ряд обстоятельств указывают, что западные страны искали в этом и собственную выгоду: досмотрам и остановкам в акватории Азовского моря подвергались и их суда.

Наконец, третьим поворотным событием считается сентябрьский эпизод с проходом двух военных кораблей Украины через Керченский пролив. Главным вопросом, который тогда являлся предметом споров, считается дилемма – запрашивали ли у российских диспетчеров украинские моряки разрешение на проход под Крымским мостом. Версии Москвы и Киева на этот счет разнятся. В ВМСУ тогда заявляли, что не просили "добро" у "государства-агрессора", а российские СМИ со ссылкой на ФСБ утверждали обратное.

Теория и практика

Держа в уме все эти инциденты, перейдем к теоретической части изучения подоплеки конфликта. При этом следует помнить – статус Керченского пролива и Азовского моря определяется тремя документами.

Первый – это Конвенция ООН по морскому праву образца 1982 года. Она гарантирует судам любых государств право мирного прохода через территориальное море, которым считается Азовское.

Отдельно остановимся в этой связи на том, как трактуется в этом документе "мирный" проход военного корабля. Многие государства, подписывая Конвенцию, делали оговорки о том, что оставляют за собой право ограничивать проход военных кораблей в территориальное море либо требуют обязательную нотификацию перед проходом.

Но ни Украина, ни Россия не делали подобных оговорок к документу 1982 года. Зато они сделали их к Женевской конвенции о территориальном море и прилежащей зоне, подписанной полвека назад. Указав, среди прочего, что "прибрежное государство имеет право устанавливать процедуры разрешения прохода иностранных военных кораблей через свои территориальные воды".

Второй документ – вышеупомянутое соглашение между Украиной и Россией 2003 года. Его первая статья гласит: Азовское море и Керченский пролив исторически являются внутренними водами Российской Федерации и Украины. А во втором пункте указано, что торговые суда и военные корабли, а также другие государственные суда под флагом Украины и РФ, эксплуатируемые в некоммерческих целях, пользуются в Азовском море и Керченском проливе свободой судоходства.

Важный нюанс – соглашение, подписанное 15 лет назад, выступает элементом специального права. Это значит, что оно превалирует над постулатами общей юрисдикции, изложенными в Конвенции ООН и Женевской конвенции. И если оперировать исключительно этим договором, то действия россиян однозначно являются неправомерными.

Другое дело, что в РФ с 2014 года стоят на позиции, будто Керченский пролив не подлежит регулированию международным правом (хотя и применяют его для арестованных украинских моряков), а соглашение 2003 года – подлежит пересмотру с учетом нынешней принадлежности Крыма. В текущей же ситуации в Кремле настаивают на правоприменительных практиках для конкретных случаев. И с этими аргументами Украина фактически соглашалась на практике вплоть до осени 2018 года.

Наконец, документ третий – еще в 2007 году между Украиной и Россией было подписано соглашение о правилах прохода судов через Керченский пролив. И именно здесь таится еще один казус, ведь договор предусматривает, что любое судно, следующее через пролив, должно сообщать о своих намерениях в порт Керчь.

Морское право на стороне Украины. Но в России руководствуются правом сильного 

С учетом аннексии Крыма в этой части также возникла дополнительная правовая коллизия. К разрешению которой, как и положений о статусе пролива, но односторонне и исключительно в свою пользу приступили в Москве. Здесь фактически дезавуировали положения базового документа от 2003 года.

Что характерно, в очередной раз это было сделано накануне инцидента в проливе – 21-23 ноября. Тогда российский МИД распространил серию заявлений, где подчеркивалось, что "Крым составляет неотъемлемую часть Российской Федерации, которая в соответствии с международным правом осуществляет свой суверенитет, суверенные права и юрисдикцию в морских пространствах, прилегающих к Крымскому полуострову".

Кроме того, российские дипломаты прошлись и по статусу Керченского пролива. Который, в их изложении, "никогда не являлся и не является международным и к нему не применимы требования о праве транзитного или мирного прохода для иностранных судов". Тем самым давая понять – над проливом де-факто установлен единоличный контроль РФ, а любые суда, проходящие через него, должны уведомлять (за сутки или даже двое) Керчь.

Украинский МИД тогда выразил свое несогласие с позицией российских коллег. Последовавшие за этим события в акватории Азовского моря дают понять, что в Киеве "монополию" РФ и обязательность подачи заявок на проход судов через Керченский пролив признавать отказываются. И, по крайней мере де-юре, стоят на позициях, что корабли под желто-голубым флагом (в том числе и военные) имеют суверенное право находиться в его водах.

Хотя в заявлениях ВМС по горячим следам инцидента 26 ноября указывалось – на самом деле "Никополь", "Бердянск" и "Яны Капу" запрашивали разрешение на проход под Крымским мостом. В Москве считают иначе, говоря – в график очереди плавсредства не были включены. То есть окончательное "добро" на маневр не было выдано.

В силу этого в РФ расценивают действия украинских судов как нарушение ст.19 и ст.21 Конвенции ООН по морскому праву, которыми утверждены правила прохода судов одних стран через территориальные воды других. Де-юре этому не мог бы никто возражать, если бы российский статус Крыма был бы признан международным сообществом (чего нет).

С другой стороны, с точки зрения морского закона к украинским морякам действительно применили угрозу и силу. А это, также как и конвоирование кораблей в российский порт, противоречит Конвенции ООН по морскому праву (ст. 17).

Еще один козырь украинской стороны, но уже из области международного права – это Устав ООН, который запрещает применение силы или угрозы силой. То есть, даже если украинские корабли действительно совершали "опасные маневры, которые создавали угрозу для нормального движения судов по этой акватории", то огонь по судам можно открывать только в двух случаях – с санкции Совета Безопасности ООН и в случае самообороны.

По одной из версий, именно последней будут мотивировать свои действия в РФ. И приводить в подтверждение этого вооружение, обнаруженное на украинских кораблях, а также заявления о расчехленных орудиях и якобы найденные директивы у моряков, где им поручалось осуществить скрытый проход в проливе.

В настоящее время споры также ведутся и о том, насколько правомочным было задержание украинских плавсредств. Конвенция ООН по морскому праву устанавливает 12-мильную зону (22,2 км) от береговой линии, называемую "территориальным морем", над которым государства имеют полный суверенитет. Безотносительно того, как отвечают стороны конфликта на вопрос о принадлежности Крыма, взятие на абордаж судов произошло за условными границами 12-мильной зоны. Что само по себе может быть расценено как пиратство.

Где подвох

Резюмируя, отметим, что в целом морское и международное право в разгоревшемся скандале – на стороне Украины.

И эта позиция была бы юридически выверенной, если бы не два нюанса.

Первый и главный: почему, зная о правоприменительных практиках, используемых РФ для судов всех государств, включая Украину, в акватории Азовского моря, и выполняя эти нормы ранее, официальный Киев резко наступил на горло своей же песне? И фактически послал на заведомый конфликт две дюжины моряков, заранее понимая, что без скандала их рейс не обойдется.

Второй касается якобы найденных у арестованных моряков директив и записей осуществить скрытый маневр, что дает основания подозревать Банковую в стремлении осуществить эскалацию конфликта. На что, впрочем, как видно из разговоров, охотно "клюнули" россияне (видим, желавшие показать всем, что их позиция по проливам является "несгибаемой").

Довольно сдержанная реакция международного сообщества позволяет предположить, что насчет этих деталей недоумевают и на Западе. А без ответов на них, дымовая завеса над тайной, которая окутывает "морской бой", так и не будет снята. 

Подписывайся на Страну в Twitter. Узнавай первым самые важные и интересные новости!