Владимир Гройсман уже почувствовал себя премьер-министром. Дело даже не в том,проголосуют за него завтра или нет. Дело в том, что приближение к премьерскому креслу в условиях парламентско-президентской республики создает у политика – и даже не у политика – ощущение ответственности, с которым не могут не считаться те, кто выдвигает его на этот пост. И, естественно, ощущение последствий своего пребывания на посту – особенно в ситуации, когда повсюду раздаются требования об эффективной работе антикоррупционных структур. Это кому-то кажется, что, назначив того или иного премьера, он сможет "рулить потоками" и принимать любые решения. А сам премьер знает, что отвечать за эти решения придется ему самому.

Нечто подобное, что происходит сейчас с Владимиром Гройсманом, уже происходило не так давно с Натальей Яресько. Ее воспринимали в качестве "бездушного технократа", которая будет просто обозначать присутствие в кресле главы правительства в то время, когда другие будут принимать судьбоносные для себя и страны решения. Но, приблизившись к должности, Яресько заметила то, чего невозможно не увидеть – что она будет за эти решения отвечать. И стала выдвигать встречные условия – то есть минимизировать риски. И, таким образом, лишилась шансов на пост премьера. Владимир Гройсман показался куда удобнее и комфортнее. А теперь, наверное, те, кто хотел бы видеть его в премьерском кресле, начинают задаваться вопросом – ну а чем он лучше Яресько? Да ничем!

И так будет с каждым. Попробуйте утвердить кандидатом на пост премьера Юрия Луценко – и увидите, что будет. Это только сегодня бывший министр внутренних дел – преданный соратник Петра Порошенко. Давно ли он стал таким преданным соратником? Не был ли Юрий Луценко преданным соратником Александра Мороза? Виктора Ющенко? Юлии Тимошенко? Не претендовал ли на самостоятельную роль в политике? Став премьером, он получит возможность эту роль играть. И – самое главное – у Луценко есть точное понимание последствий пребывания в должности без защиты. Куда более точное, чем у Порошенко.

Главное, что нужно понять – мы избираем премьера парламентско-президентской республики. Это в президентской республике значение имеет не полномочия, а личность. И поэтому когда премьер – Касьяновили Путин, то правительство – центр принятия решений, а когда премьер – Фрадков, Зубков и Самнезнаюктотаков, то о правительстве никто не вспоминает. А в парламентско-президентской республике полномочия делают личностью любого политика на посту главы правительства. И поэтому конкуренция президента и премьера неизбежна – пока дуализм власти в стране не будет тем или иным образом устранен.

Но пока он не устранен, важно, чтобы конкуренция помогала сотрудничеству, а не конфронтации – вывод, который не могут до сих пор сделать ни многие украинские политики, ни многие впечатлительные граждане. А ведь именно в этом выводе – и ни в чем другом – объяснение и причин нынешнего, совершенно искусственного и бессмысленного кризиса, и того, что он будет продолжаться.