В Почаевской лавре ни про какие выборы в США слыхом не слыхивали. Там вспоминали святого Иова Почаевского при большом стечении народа, пышно и торжественно. Зеленые, шитые золотом ризы, огромные, сияющие паникадила, цветы и пробирающий до самых печенок церковный хор. Даже три хора. Все это настолько далеко от фейсбучных эмоций, от телевизионных ток-шоу, от блогов и всей этой суеты, что иногда даже сомневаешься, существует ли оно на самом деле, где-то кроме телефона с мобильным интернетом.
На Почаевской горе угнездилась огромная сила. Она серо-стального цвета, ее мощь колоссальна и как по мне, лишена эмоций по отношению к муравьишкам, которые ползают по ней. Хмурая и недобрая, как комендант в общежитии, мимо которого постоянно снуют люди и все чего-то просят, не отдавая взамен. Эта сила может многое, но нужно правильно просить, не выпрашивая. И не забывать благодарить. Народец в основном хочет все быстро, сразу и без усилий. Перекрестился, икону облобызал - где мое чудо? А ну, подайте сюда.
Я не знаю, какими нужно обладать внутренними качествами, чтобы служить в таком месте и не озлобиться к людям, сохранить внутренний свет и готовность помочь любому их тех тысяч, которые денно и нощно приезжают в Почаев. Наверное у тех, кого здесь почитают святыми, нервы были толщиной в руку.
А в остальном лавра - большой бизнес с колоссальным оборотом. Каждый из этих тысяч хоть рублишко да оставит - свечи, пожертвования, еда, книги, иконы, бутылированная святая вода. Богатство видно по размаху строек, по роскошеству убранства и росписей, по одежде батюшек, по громадным полям, садам, теплицам. Сей оплот православия - крупнейший работодатель, да, в общем-то, и единственный. Всё местное население кормится от лавры: работают в новой пятиэтажной гостинице, в трапезной (которая запросто заставила бы "Пузату хату" сидеть тихо и дышать носом), в лавках, трудятся в сельском хозяйстве. Свой парк техники, свои рыбные пруды, свой винзавод и, соответственно, виноградник в Одесской области. В этом смысле здесь мало что осталось от первоначального желания Иова уединиться для молений в тесной пещерке. В ней теперь что-то вроде аттракциона "заползи и выползи". Хотя и при игумене, почившем 10 ноября 1651 года, братии тут было тысяча человек. А сейчас двести.