Посмотрел пресс-конференцию Юрій Луценко и Артема Ситника. Я не знаю подробностей того, что было вне рамок публичного брифинга, но при всем искреннем желании сотрудничества между НАБУ и ГПУ, назвать пресс-конференцию примирительной может только наивный. И вопрос не только в эмоциях, которые не скрывали обе стороны. Вопрос в результате.

Я могу ошибаться, но создается стойкое ощущение, что Юрий Витальевич либо не совсем контролирует ситуацию в Генеральной прокуратуре, либо не чувствует ситуацию, либо предпочел круговую поруку.

Я не очень понимаю, как отдельно взятый департамент (которого, как утверждает Генпрокурор не существует, но который, по его же словам (!), ведет ряд резонансных дел) принимает самостоятельные решения не выпускать и допрашивать с пристрастием сотрудников другого правоохранительного органа, не ставя в известность свое руководство.

Невзирая на то, что Юрий Витальевич сам признает, что его подчиненные очевидно использовали методы психологического давления и незаконного удержания сотрудников НАБУ, он не решился отстранить от работы работников ГПУ причастных к инциденту, потому что "они сказали, что это неуместно".

Между тем, есть тонкая грань между профессиональной солидарностью и круговой порукой. Она проходит ровно там, где заканчиваются должностные обязанности и начинается злоупотребление служебными полномочиями. И одна из ключевых ошибок многих чиновников в кризисные моменты, в особенности системе правоохранительных органов, состоит в неправильном выборе стратегического партнера: между обществом и подчиненными, они выбирают подчиненных.

Из страха потерять контроль над системой и преданность коллектива, они предпочитают крышевание злоупотреблений, а не объективную оценку ситуации. В результате такой чиновник на какое-то короткое время обеспечивает себе лояльность сотрудников, но катастрофически теряет поддержку общества. Это понятный инстинктивный рефлекс совка; того самого совка, о котором мы с Юрием Витальевичем проговорили много часов после его освобождения из тюрьмы.

И еще, насчет поиска врагов. Мы виделись с Генпрокурором в первые дни его назначения, и я тогда искренне выразил желание помочь в реформировании ГПУ и поддержке - как законодательной, так и общественной. И я думаю, я такой не один. Вопрос, опять-таки, в выборе партнеров и готовности бороться ЗА эти изменения, а не создании комфортной обстановки в коллективе.