Слова бродячего философа Иешуа Га-Ноцри «Правду говорить легко и приятно», из романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита», сказанные им на допросе у Понтия Пилата, явно не стали девизом украинского президента Петра Порошенко.
На прошедшей большой пресс-конференции 3 июня, приуроченной к двухлетию пребывания на посту президента, Петр Порошенко сделал целый ряд заявлений, которые к категории «правдивых» отнести никак невозможно. Скажем, отвечая на вопрос о пресловутом сайте «Миротворец», на котором, несмотря на беспрецедентно жёсткую реакцию западных политиков и СМИ, продолжают публиковаться личные данные иностранных журналистов, президент Украины заявил, что «власть никакого отношения к этому сайту не имеет». То, что этому никто не поверит, Порошенко не может не понимать — на Западе давно известна причастность министра внутренних дел Арсена Авакова и его людей к этому сайту. Тем не менее, Порошенко это нисколько не смутило.
Или возьмём его комментарии о вооружённой полицейской миссии на Донбассе, которая, по словам Порошенко, согласована в «нормандском формате». И тут Порошенко не мог не понимать, что это его заявление будет дезавуировано как минимум, Москвой. Что и произошло в тот же день вечером устами Дмитрия Пескова — пресс-секретаря Владимира Путина. Я уже не говорю о том, что «нормандская четвёрка» в принципе не может принять решение за 57 членов ОБСЕ. Ну — это мелочи!
Оффшорного скандала у нас вообще, по словам президента, оказывается не было, а встречается он с олигархами исключительно, чтобы поговорить о футболе (так он охарактеризовал тематику своей встречи с Ринатом Ахметовым) или о делах банка «Приват» (с Игорем Коломойским). Ну, о поддержке голосований по премьеру или по судебной реформе — ни слова! Кто-то поверит в эти басни?
А если уж совсем нечего сказать, то можно обойтись, к примеру, такой абракадаброй: «У нас не передвинут транш МВФ. Он должен был поступить в сентябре или октябре. Сейчас июнь, он не пришел, но он не передвинут, он будет получен…».
Всё это более или менее очевидно. А вот о вполне сознательном искажении роли Виктора Медведчука (лидер движения «Украинский выбор») в освобождении Надежды Савченко необходимо сказать отдельно. В украинских СМИ о роли Медведчука или никак, или — скороговоркой. Теперь будут повторять слова Порошенко о сугубо «технической» роли Виктора Медведчука. Прояснить эту роль, на мой взгляд, важно, так как основными ньюсмейкерами по этой теме были президенты Путин и Порошенко, что говорит о том, что вопрос не столько медийный, сколько — политический.
Процитирую слова Петра Порошенко по поводу роли Медведчука в российско-украинских переговорах: «В Трехсторонней контактной группе у него одна исключительная функция — освобождение заложников, которые находятся в РФ в первую очередь и на оккупированных территориях. Никаких других функций в Трехсторонней контактной группе Виктор Медведчук не выполняет. Привлекался ли он к освобождению Надежды Савченко? Да, привлекался. Дважды он координировал отдельные действия с российской стороной. Но решение принималось во время моего телефонного разговора с Путиным. Это были технические вопросы».
Интересно отметить, что вопрос президенту Украины задавали не о Минском процессе, а о российско-украинских отношениях вообще. И важно, что говорил Порошенко о роли Медведчука («оговорка по Фрейду»), так как для него российско-украинские отношения — это и есть «о роли Медведчука». Но откровенно и честно сказать Порошенко об этом не решается и ищет слова, которые бы свели эту роль к чисто технической.
Обратимся к словам президента России Путина. За неделю до конференции Петра Порошенко Владимир Путин из Афин, во время совместной пресс-конференции с премьер-министром Греции Алексисом Ципрасом заявил: «Что касается обмена Савченко, возвращения, помилования, мы этот вопрос обсуждали с президентом Порошенко достаточно ДАВНО. Первая задача — вернуть в Россию двух российских граждан, осужденных украинским судом и находящихся на тот момент времени в местах лишения свободы на Украине. Это первое. Второе. Я не мог принять этого решения, не зная мнения по этому вопросу близких родственников наших погибших ребят, погибших журналистов. С ними встречался представитель Президента Порошенко Медведчук Виктор Владимирович. После встречи с близкими родственниками наших погибших журналистов вдова и родная сестра (это самый близкий родственник одного из погибших) написали мне письма с просьбой о помиловании Савченко. Собственно говоря, это было основой, это самое главное», — добавил Путин.
Итак, Путин говорит о том, что роль Медведчука в переговорах с родственницами погибших (Екатериной Корнелюк, вдовой спецкора ВГТРК Игоря Корнелюка, и Марианной Волошиной, сестрой звукооператора телеканала «Россия» Антона Волошина). — это основа, это самое главное. И подчеркивает, что с Порошенко о Савченко он говорил «достаточно давно»! Всё понятно? Вопрос освобождения Савченко решал Путин с помощью Медведчука! Точка. И Порошенко тут не при чём. С ним Путин о Савченко говорил давно.
Характерно, что мировая пресса, которая освещала и возвращение Надежды Савченко, и мнение экспертов по поводу стоящих за ним договоренностей вполне адекватно описали роль Виктора Медведчука.
Впрочем, можно понять и украинского президента. Два года правления позади, и отчитаться об успехах и победах очень хочется. И если таких побед нет, их нужно выдумать. В частности, присваивая себе чужие заслуги.
Михаил Погребинский, директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии, специально для EADaily (Киев, Украина)