14 июня из России в Украину спецборт минобороны  доставил двух политических заключенных – Юрия Солошенко и Геннадия Афанасьева. 73-летний Солошенко был задержан в августе 2014 года. Задержание произошло в Москве на Киевском вокзале, там он оказался по приглашению своих деловых партнеров. Ранее Солошенко 20 лет был главой полтавского оборонного завода "Знамя", на котором проработал всю жизнь. 14 октября 2015-го Московский городской суд обвинил его в шпионаже и дал 6 лет тюремного заключения. Подробности своего задержания и заключения Солошенко рассказал в интервью "Радио свобода". "Страна" собрала пять важных тезисов из этого рассказа.

В Россию Солошенко выманил старый друг, с которым он вместе работал на заводе.

Солошенко говорит, что во время своей работы на заводе "Знамя" близко общался с Константином Коллеговым. Он занимал должность начальника отдела в Управлении генерального заказчика Министерства обороны России. Фактическим поводом для  поездки Солошенко в Россию стал звонок Коллегова. Он состоялся 5 августа 2014. До этого он постоянно предлагал Солошенко сотрудничество, но тот отказывался. На этот раз Коллегов попросил о помощи, сказав: "есть изделия нашего производства, но из неликвидов, неизвестно какого качества. Вот если бы ты подтвердил их кондиционность и помог бы нам разобраться с этим". Солошенко в тот же день купил билеты на поезд и отправился в путь.

Российские правоохранители открыто фальсифицировали дело и признавались в этом

Солошенко заподозрил неладно, когда на границе проводница вместо того, чтоб проверить паспортные данные начала их надиктовывать кому-то по телефону. В офисе фирмы, куда Солошенко привез представитель Коллегова, ему предложили взять в руки пакет с колпачками. Он отказался. Позже, когда в здание влетели представители ФСБ, у Солошенко отобрали телефоны и бросили в этот пакет, сказав, что это все его вещи и зафиксировали это на фото, как подтверждение. После задержания просьбы Солошенко о допросе с адвокатом оставались не услышанными, а в ответ на предложение пройти допрос на полиграфе ему ответили: " Я вам верю, но если я напишу вам оправдательное заключение – это равносильно тому, что я пойду в отдел кадров увольняться". Солошенко утверждает, что российские правоохранительные структуры уверенны в своей безнаказаности, особенно касательно его дела, так как оно, по словам Солошенко, решалось на высшем уровне.

В заключении правоохранители постоянно врали и предлагали пойти на сделку.

Солошенко постоянно требовал встречу с консулом, но ему сообщали, что консул отказывается с ним видеться. В ответ на ходатайства о собственной невиновности, которые заключенный писал на протяжении 9 месяцев ему сказали "что вы пишете, над вашими заявлениями смеются. Мы тоже писать умеем". Солошенко предлагали принять статус российское гражданство, в обмен на это его обещали перевести из статуса подозреваемого в статус свидетеля. Он отказался. 

Во время судебного рассмотрения Солошенко постоянно получал предложения о сотрудничестве

Начальник следственного отдела Растворов Игорь сказал, что знает о невиновности Солошенко и следом предложил признать свою вину: "если не подпишешь, мы еще на полгода продлеваем следствие, за эти полгода подготовим еще пару статей, и все начнется сначала, и будешь ты сидеть столько же, сколько сидел бы по приговору суда". Солошенко согласился подписать, хоть, по его словам, ни одно обвинение невозможно было доказать, так как оно было придуманным.  В сентябре началась сумасшедшая спешка, Солошенко успел прочитать лишь один из трех томов прежде, чем отправиться на суд. Адвоката к нему не пускали.

 Суд признал Солошенко виновным и дал 6 лет вместо 10. "Пощадил". Консул добился перевода Солошенко в Матросскую Тишину. Элла Памфилова пообещала рассказать о ситуации Солошенко лично путину. 10 декабря его перевели в больницу СИЗО,а позже в транзит, в пятую колонию.

Солошенко назвал причины своего заключения в России

По словам Солошенко его хотели использовать для пропаганды, превратить его в перебежчика, чтоб показывать по телевизору и создавать альтернативную реальность для российских граждан. Солошенко сказал, что хотел бы сделать заявление, после заключения. Публикуем фрагмент прямой речи.

"Понимаете, чувствуешь безысходность, когда ты понимаешь, что экран черный, а они говорят – белый, или наоборот. И ты их не переубедишь. Понятие Феликса Дзержинского про чистые руки, горячее сердце и холодную голову не работает. Хотя в каждом, даже самом маленьком кабинете, портрет Железного Феликса на одной стене и бронзовеющего Вовы – на другой.

Понимаете, когда нет перспективы и надежды, что вот сегодня плохо, а завтра моим детям и внукам будет лучше, – это очень тяжко. Пока не кончится эта путинская эра, ничего хорошего однозначно не будет. Власть он укрепил и не отдаст ее. Поэтому, что будет дальше, вы, может, и увидите, я – нет. Все поколения надеялись на лучшее. Сейчас все эти Киселевы, Толстые спрашивают: "Что нас так не любит никто"? А что ж вас любить, если вы врете напропалую и нагло?.. Это бесконечный разговор".

Ранее "Страна" писала о подробностях, которые стали известны касательно освобождения заключенных в России Генадия Афанасьева и Юрия Солошенко.

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости