Суровый окопный быт украинских солдат на передовой оставляет желать лучшего, но спасают взаимовыручка и отвага
Суровый окопный быт украинских солдат на передовой оставляет желать лучшего, но спасают взаимовыручка и отвага, фото: "Страна"

В тот день, когда в Берлине собралась "нормандская четверка", специальный корреспондент "Страны" отправился на передовую. Под Мариуполь. Чтобы своими глазами увидеть что происходит на линии фронта, пока политики за тысячи километров отсюда договариваются о мирном процессе, перемирии и разведении войск. 

Ночная война

Последние пару недель на фронтах АТО ситуация одинакова – днем царит тишина, обе стороны не производят никаких активных действий. Зато по ночам на отдельных участках позиции украинских военных обстреливаются сепаратистами из минометов и артиллерии. По загадочной причине обстрелы явно не прицельные – мины и снаряды ложатся хаотично, неподалеку от укрепленных пунктов ВСУ. Между тем все позиции украинской армии давно известны корректировщикам сепаратистов и пристреляны – то есть при желании артиллерийский и минометный огонь в считанные мгновения станет прицельным и приведет к серьезным потерям украинских военных. По мнению многих украинских военных такие неприцельные артиллерийские обстрелы со стороны сепаратистов носят "тревожащий" характер, и преследуют целью продемонстрировать украинским войскам готовность "той стороны" в любой момент перейти в атаку, либо отбить атаку украинских войск.

Происходящие почти ежедневно рейды диверсионно-разведывательных групп сепаратистов на нейтралку, также по мнению украинских офицеров, носят "демонстрационный" характер – "вышли – пошумели-постреляли-ушли обратно".  Действия украинских военных сейчас в АТО ограничиваются открытием ответного огня из легкого стрелкового оружия по диверсионным группам – ответных рейдов ДРГ в сторону сепаратистов не производится уже более месяца.

Между тем даже такие "демонстрационные" действия часто превращаются в локальные мини-войны в масштабах опорных позиций одного – двух подразделений – боевые командиры обеих сторон готовы в любой момент начать полномасштабные действия, благо спустя два года войны и опыта, и боеприпасов и мотивации хватает. В итоге обе стороны несут потери и отправляют в тыл раненых и погибших. К слову, часто "локальные" мини-войны в секторах АТО начинаются с "дружеского огня" своих по своим. По обе стороны фронта нервы напряжены у всех, кто держит в руках оружие. Поэтому любое открытие огня может стать тем микро-прорывом дамбы, после разрушения которой может прорваться лавина – настоящая и большая война.

Командир Курган

- Не смотри, что сейчас тихо. Уже несколько дней на "передке" обстрелов нет. Все увидишь, когда стемнеет. Сепары так начнут "крепить" нас, что "мама не горюй"! – надрывно кашляя, рассказывает майор Александр К. с позывным Курган. 

Курган командует ротой морпехов в секторе М. Батальон несколько дней назад занял позиции вместо ушедшего на ротацию подразделения. Последнюю неделю Курган практически беспрерывно мотается по передовой, фактически выполняя в одном лице сразу две функции – комроты и завхоза.

Главная проблема на передовой – в обеспечении быта солдат. От предшественников подразделению Кургана достались "летние" блиндажи в один накат с щелями шириной в руку и неглубокие окопы.

Часть блиндажей осталась еще от сепаратистов, отошедших с этих позиций в 2015 году. Ночевка сейчас на передовой – это почти гарантированно простуда или отмороженные почки. Большая удача, если блиндаж оборудован дощатыми настилами и не приходится спать прямо на промерзлой земле. Любая царапина в окопах уже через день превращается в огромный нарыв - грязь повсюду, а гигиенические условия на "передке", это в лучшем случае рукомойник или подогретая на буржуйке вода в котелке.

Быт солдата

Проведя несколько суток на передовой, невольно приходишь к выводу, что все победные реляции интернет-блоггеров и заявления Генштаба об успешной работе службы тыла ВСУ и отличном обеспечении бойцов в АТО – на самом деле, если выразиться мягко, не совсем правда. Обеспечением бойцов украинской армии, как и в 2014 году, в большинстве случаев, продолжают заниматься волонтеры. К слову, если какое-то недавно созданное подразделение не обзавелось "своими" волонтерами – это настоящая беда. Значит, бойцы будут лишены элементарного – начиная от питьевой воды, заканчивая простыми лекарствами.

"Высоким штабам плевать на то, как будут жить бойцы на передовой. Смотри сам, - загибает пальцы Курган. - Блиндажи укреплять надо? Но как укреплять, если нечем пилить? Нужны бензопилы – предшественники свои пилы увезли с собой. Нужны дизель-генераторы, нужен свет, подзарядка в окопах. Нет топлива, с продовольствием перебои, даже с обычной питьевой водой. Нет нужного количество радиостанций – из-за этого случается "дружеский огонь". Когда обо всем этом докладываешь, тыловики разводят руками. Службы тыла по сути не существует – вместо снабженцев я сам на собственной машине развожу по позициям то, что удалось выпросить у волонтеров или у тыловиков".

Кстати, транспорта на передовой катастрофически не хватает. Большинство "Хаммеров" и "Спартанов" сосредоточено в тыловых службах и штабах. А командирам фронтовых подразделений приходится в лучшем случае передвигаться на личных автомобилях. Между тем любое фронтовое подразделение от роты и более растянуто по передовой на километры. В случае обострения на каком-то из участков фронта, ротному командиру приходится чаще рассчитывать на свои ноги.

Либо руководить обороной дистанционно – по телефону. Кстати, самая надежная связь на передовой – проводная – радиостанции можно заглушить, помехи также могут помешать передаче точной информации, мобильные телефоны легко прослушать. Армейские ТАПики (телефонные аппараты полевые – Прим.Ред.) достались ВСУ еще от советской армии. Провода ТАПиков могут в любой момент обрубить диверсанты, разговоры по проводной полевой телефонной связи также открыты в случае подключения к проводам разведчиков с "той стороны". Поэтому разговоры украинских военных по ТАПам часто напоминают примитивные "шифры" из военных фильмов – "Первый, я второй – к вам ползут жуки".

Чем дальше в тыл - тем больше бойцов

С передовой связано еще несколько странных наблюдений. Иногда кажется, что чем дальше в тыл, тем больше бравых и экипированных по первому классу бойцов. Также в тылу – масса достаточно новой бронетехники, армейских автомобилей и грузовиков. Зато чем ближе к передовой, тем меньше транспорта у бойцов, тем хуже экипировка и обмундирование. Собственно, с тяжелой артиллерией все понятно – ее отводят подальше от "передка" по условиям перемирия. Однако объяснить малочисленность рядового на передовой мне не смог ни один из боевых офицеров. Например, один из офицеров с позывным Кум уверен, что Генштаб ВСУ специально концентрирует мобильные ударные группы" во втором эшелоне.

"На передовой оставлено небольшое количество солдат, а подразделения растянуты вдоль фронта потому, что по сути это наблюдатели первой линии. В случае надобности первую линию прорывают, зато сепаратисты попадают под удар усиленной группы войск" - заверил майор.

По другим версиям, после демобилизации контрактников не хватает, а те кто есть стремятся держаться подальше от линии фронта.

"Это действительно серьезная проблема – нехватка личного состава. Оружия и б/к (боеприпасов – Прим.Ред.), хоть отбавляй. Вот только бойцов на все эти стволы не хватает. Воевать некому – где все "патриоты", которые в интернете пишут о том, как лихо украинская армия может выбить сепаратистов? Зато в тылу "вояк" всегда хватает – сидят месяцами где-нибудь на блок-постах, а потом получают УБД (удостоверения участников боевых действий – Прим.Ред.)" - пожимает плечами майор Курган.

К слову, сам Курган – Александр К. пришел в ВСУ добровольцем. В 2014 году Александр К. воевал в батальоне, где был командиром второй штурмовой роты. Начальник Кургана также "мобилизовался" в ВСУ добровольно.

Справедливости ради, стоит отметить, что по сравнению с 2014 и 2015 годами профессионалов в украинской армии стало больше – в ВСУ наконец дали "зеленый свет" карьерному росту молодых лейтенантов, а также с удовольствием берут обратно офицеров, которые добровольно решили вернуться в армию из запаса.

Ничейная полоса

Сейчас между позициями украинских военных и сепаратистов около двух километров перепаханных воронками и окопами перелесков, балок и оврагов, "в край" нафаршированных минами различного типа – от МОНок и противопехотных, до противотанковых, растяжками и просто невзорвавшимися боеприпасами. Иногда эти сюрпризы срабатывают – жертвами чаще всего становятся зайцы и лисы. При мне совсем недалеко гулко хлопает растяжка – бойцы сразу же нацеливают на место взрыва бинокль.

Через минут десять с места взрыва ползком возвращается один из солдат: "Пацаны, лиса такая роскошная подорвалась! Хоть сейчас можно на шапку шкуру брать. Жаль, немодно уже меховые шапки носить". Карт минных полей на "нейтралке" не существует – за прошедшие два года бойцы с обеих сторон понаставили взрывчатого добра в этих местах немеряно в произвольном порядке. "Сменщикам" - подразделениям, заступившим вместо ушедших на ротацию, уезжающие бойцы при мне  объясняют "минную" диспозицию примерно так: "Вот там, по направлению "с часу до трех" - относительно безопасно. А все, что левее с "двенадцати" и до "десяти" - смерть. Туда не ходи, осколок гранаты башка попадает – совсем мертвым будешь".

"Боевые буряты"

В отличие от лесной живности, которая то и дело попадается на растяжки, для диверсантов "нейтралка" - край вполне проторенных троп и больших возможностей. Диверсионно-разведывательные группы с обеих сторон то и дело забираются поближе к противнику. Такие случаи происходят еженощно.

Украинские солдаты поговаривают, что "сепарские" диверсанты – это некие якуты или буряты – якобы в бинокли видели "узкоглазые" лица. Правда, эти рассказы пока остаются лишь слухами неизвестной степени достоверности. Так как в плен этих "боевых бурятов" до сих пор взять не удавалось. Но диверсионно-разведывательные группы со стороны "ДНР" заходят на нейтралку действительно через день. Иногда диверсантам удается пробраться даже за позиции ВСУ.

Пару дней назад, воспользовавшись ротацией и последовавшей за ней кратковременной неразберихой, довольно большая группа диверсантов пробралась почти за километр от передовых позиций. После обнаружения на краю небольшого села диверсанты, отстреливаясь, отошли обратно на нейтралку – бой продолжался почти час. К счастью, украинская сторона обошлась без потерь. Были ли раненые или убитые у диверсантов – неизвестно, однако пятна крови и мотки использованных бинтов после их отхода остались.

А за сутки до моего приезда в гости к Кургану, его и грузовик бойцов его роты диверсанты обстреляли прямо на подъезде к позициям из автоматов и гранатометов. Нападение произошло поздно вечером, когда бойцы с командиром ехали на машинах с выключенными фарами. Однако стоило водителю грузовика на мгновение включить фары, что бы просмотреть особо опасный крутой поворот, как начался шквальный огонь. Обстреляв автомобили, диверсанты также тихо исчезли в "зеленке" распадка.

Под огнем своих

Однако помимо реальных случаев захода диверсионных групп сепаратистов, часты случаи "дружеского огня". Пальба по своим происходит повседневно по обе стороны фронта – чаще попадает возвращающимся с "нейтралки" своим же диверсантам – разведчикам.

Причина проста – о разведывательно-диверсионных операциях малых групп осведомлено ограниченное количество командиров, а связь между разными опорными украинскими позициями оставляет желать лучшего. К слову, в роли разведчиков в секторе "М" часто работают бойцы полка "Азов". Несмотря на то, что полк уже полгода как выведен с боевых позиций, отдельные группы "азовцев" выходят далеко за линию фронта.

- Вон по той балочке часто бродит группа каких-то "тел". Мы неделю назад отработали по ним из АГСа (автоматического гранатомета – ред.) накрыли их, но потом соседи доложили, что это "азовцы" возвращаются с нейтралки! Слава богу, никого не убило. Почему нас не предупреждают, когда и где разведчики будут возвращаться? А ведь мы только собирались в той балке растяжек понаставить… - вспоминает о случае "дружеского огня" один из бойцов.

Снайперша Сова

Не дают покоя украинским солдатам и снайпера сепаратистов.

"С той стороны у "сепаров" по нам работает снайперша. Позывной "Сова" - по радиоперехвату установили. Она стреляет из дальнобойной винтовки иностранного производства, может бить на запредельные дистанции," - поясняет один из морпехов, поправляя чучело в каске, выставленное на бруствер окопа. Это "приманка" для снайпера – в случае удачи лежку стрелка можно определить по звуку выстрела..

"Парни, это чучело на одном месте стоять не должно – передвигайте на другие позиции постоянно," - дает указание майор Курган. К слову, накануне ротации у предшественников морпехов погиб один из солдат – рядовой был смертельно ранен во время ночной вылазки ДРГ сепаратистов.  

Говорят о Хиллари, Трампе и коммунальных тарифах

С приходом сумерек жизнь в прифронтовом селе, где стоят морпехи, прекращается – даже огоньков из окон не видно. Наученные горьким опытом, жители сел наглухо закрывают подручным тряпьем любые щелки. Даже без комендантского часа здесь по ночам стараются без лишнего повода не выходить. Ночью сюда прилетают шальные мины и снаряды.

Зато с приходом тьмы активизируются местные контрабандисты – рядом с позициями – пограничная речка. Через нее время от времени под покровом ночи снуют лодки.

"Под носом у наших шпионы лазят туда-обратно постоянно. Вот последний случай – с нашей стороны через реку двое на лодке переправились вечером, а на том берегу их встретил джип!" - рассказывает Курган.

Если нет боя или обстрела позиций, солдаты собираются у буржуек и ведут беседы обо всем на свете – начиная от воспоминаний, кто и кем работал на гражданке, до обсуждения дебатов Клинтон и Трампа. Многие жалуются на информационный вакуум – интернет здесь слабый, связь плохая, новости доходят с опозданием в сутки - двое. Телевизор на базе лучше транслирует телеканалы РФ и сепаратистов, чем украинские. Обсуждают и то, чем кончатся переговоры в Минске. Хотя веры в скорое прекращение войны ни у кого нет.

В общении многие бойцы не скрывают разочарования, тем, что происходит в Украине. "Пока мы здесь на передке в окопах, нардепы и министры воруют, - говорит один из солдат. - Мне вот мама звонила недавно, говорит, не знает как коммуналку оплатить. Пока я тут воюю, моя мама без копейки сидит. Разве это справедливо? Все в истории повторяется: в правительстве у нас сплошные уроды и предатели. Но ты не думай, ни один из наших пацанов здесь, на передке, не подведет. Если нужно воевать – будем воевать. Но и умирать, зная, что тебя и твоих родных тыловые крысы в правительстве на..бывают, тоже невесело".

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости