Артем Сытник, глава НАБУ, займется коррупцией среди высших должностных лиц

Недавно глава украинского правительства Арсений Яценюк в одном из своих выступлений сделал сенсационное заявление, которое почему-то не вызвало большого резонанса в обществе. Яценюк заявил, что, оказывается, системная топ-коррупция в Украине преодолена. Об этом премьер скромно проинформировал в одном из эфиров программы «10 минут с премьер-министром».

- Мы разрушили системную мафиозную коррупцию на самых верхах, − заявил  премьер-министр. - Все новосозданные антикоррупционные органы должны беспощадно бороться со всеми попытками политической коррупции со стороны членов правительства, депутатов и любых политических деятелей.

Антикоррупционных органов в Украине создали действительно с запасом - на много лет вперед. При этом даже эксперты уже путаются – что ж это за органы такие, чем они будут заниматься и, главное, чем они друг от друга отличаются? «Страна» решила составить путеводитель по сложному лабиринту новосозданных антикоррупционных структур.

Чего антикоррупционерам раньше не хватало?

Для начала – небольшой экскурс в историю. Ранее системной борьбой с коррупцией по большей части занималась Генпрокуратура, МВД в лице подразделений БЭП и Антикоррупционного бюро при ГУБОПе, СБУ с его управлением «К», Государственная фискальная служба (так называемые СУФРы – следственные управления финансовых расследований).

Однако международные организации такие как Transparency International Украина и GRECO (Группа государств против коррупции) призывали украинские власти немедленно создать еще один независимый антикоррупционный орган.

Международные эксперты считали, что ни одно из существующих антикоррупционных учреждений в Украине не отвечает международным стандартам относительно создания и деятельности антикоррупционных органов.

План действий по либерализации визового режима с Евросоюзом также требовал нового независимого антикоррупционного института, ответственного за формирование, мониторинг и координацию реализации антикоррупционной политики, а также привлечения к работе этого института гражданского общества.

Однако там, где один орган, у нас может родиться и целых четыре. Поэтому после Майдана, антикоррупционные органы начали плодиться как грибы после дождя.

1. НАБУ займется коррупцией в верхах

Первым появилось Национальное антикоррупционное бюро, где мучительно долго выбирали директора и детективов. В конечном итоге бюро запустили на базе бывшего Минпромполитики на улице Сурикова. Согласно закону о НАБУ, это — государственный орган, основная задача которого — предупреждение, выявление, пресечение, расследование и раскрытие коррупционных правонарушений, совершенных высшими должностными лицами.

Согласно закону «О Национальном антикоррупционном бюро Украины» к подследственности НАУ относятся все преступления, связанные с коррупцией, если подозреваемый президент, нардеп, судья, прокурор, высшее должностное лицо Нацполиции, таможни, фискальной, пенитенциарной служб и службы по чрезвычайным ситуациям.

На сегодняшний день бюро возглавляет бывший начальник следствия прокуратуры Киевской области – Артем Сытник. У него в заместителях – грузинский легионер Гизо Углава, ветеран АТО Анатолий Новак и бывшая заместительница гендиректора «Укринформа» Татьяна Варварская.

Зарплата у директора НАБУ одна из самых высоких в Украине – 70 тыс. грн.

Уже сейчас созданы несколько территориальных управлений -  Львовское (контролирует Львовскую, Волынскую, Закарпатскую, Черновицкую, Тернопольскую, Ивано-Франковскую, Ровенскую и Хмельницкую области) Одесское (Николаевская, Кировоградская) и Днепропетровское.

2. САП присмотрит за НАБУ

В конце прошлого года в результате длительного конкурса был назначен руководитель еще одного новосозданного органа, который будет надзирать за деятельностью НАБУ – Специализированной антикоррпционной прокуратуры.

Им стал молодой первый зам прокурора аннексированного Крыма – Назар Холодницкий.  Зарплата у него, как и у директора НАБУ Сытника - порядка 70 тыс. грн. С последним, кстати, Холодницкий работал вместе в прокуратуре Киевской области во времена, когда оную возглавлял знаменитый прокурор Юрий Гайсинский. Причем Сытник долгое время потом проработал в юридической фирме Гайсинского. Совокупность этих  фактов уже дал основания предположить наблюдателям, что оба молодых руководителя – люди не чужие друг другу и далеко не случайные в системе решения вопросов в системе правоохранительных органов. Кроме того, молва утверждала, что оба - креатуры президента, подобранные с точки зрения управляемости и лояльности.

Согласно закону о прокуратуре Специализированная антикоррупционная прокуратура — это самостоятельное структурное подразделение Генеральной прокуратуры Украины, а его руководитель по должности является замом генпрокурора. Эта привязка уже говорит о некой зависимости главы САП от генпрокурора. Все же приставка зам обязывает выполнять распоряжения первого лица ГПУ. Основной объект за которым надзирает САП – это деятельность НАБУ.

В функции спецпрокуратуры входит надзор за соблюдением законов при проведении досудебного расследования, который осуществляется детективами НАБУ, а также поддержание государственного обвинения в уголовных производствах по тому же направлению, которые расследовало НАБУ.

Новая антикоррупционная прокуратура с комфортом расселась в свежеотремонтированном здании в Киеве на улице Исаакяна, где ранее квартировала упраздненная Днепровская экологическая прокуратура, созданная некогда экс-генпрокурором Виктором Пшонкой по российскому примеру Волжской экологической прокуратуры.

3. НАПК – почтовый ящик Яценюка

Чтобы на антикоррупционных фронтах было совсем не скучно, правительство решило учредить еще и собственный орган по борьбе с коррупцией.

И действительно - у президента есть НАБУ, у генпрокурора – САП, почему бы Яценюку не заиметь собственную боевую единицу – Национальное агентство по предупреждению коррупции (НАПК). Существование такого специального органа прописали в законе «О предупреждении коррупции». Агентство полностью подотчетно Кабмину. Все пять соруководителей НАПК, а именно столько их прописано в законе, назначаются на должность правительством по результатам открытого конкурса, сроком на четыре года.

Если всех высших чиновников разобрали НАБУ и САП, то НАПК будет заниматься выявлением коррупции в основном путем проверки деклараций и сравнением способа их жизни среди всех чиновников скопом – как маленьких так и крупных. Кого поймают тот и будет их клиентом.

Правда, следственных функций у НАПК нет, поэтому наработанные материалы они будут передавать в НАБУ и САП для проведения оперативно-розыскных действий.

То есть, фактически, НАПК будет аналитическим почтовым ящиком, который будет отправлять компромат на чиновников (в первую очередь, по их декларациям) другим следственным органам.

Сейчас, кстати, идет отчаянная борьба за председательство в этом органе. Пока что с горем пополам выбрали комиссию, куда входят: Наталья Корчак – бывшая преподавательница Яценюка из Черновицкого университета им. Федьковича, Александр Скопич – экс-замглавы Нацагентства по вопросам госслужбы, Руслан Рябошапка (в 2014 году был руководителем Департамента анализа антикоррупционной политики в неправительственной организации Transparency International Украина) и Руслан Радецкий – адвокат жертвы Врадиевских насильников – Ирины Крашковой и бывший зам прокурора Деснянского района Киева. Постоянно сотрясает процесс скандалами депутат Виктор Чумак, который считает, что его хотят втянуть в НАПК, чтобы сделать ширмой для коррупции в правительстве.

4. Орган по выявлению активов

Кроме всего прочего в Верховной Раде еще и выдумали Национальное агентство Украины по вопросам выявления, розыска и управления активами, полученных от коррупционных и других преступлений. Этот орган был создан в противовес Управлению МВД по возвращению активов, полученных преступным путем. Как известно, краткосрочное время это управление в ведомстве у Авакова возглавляла скандально известная Елена Тищенко, которую саму обвиняют в коррупции.

Данное агентство будет работать с июня 2016 года в рамках Антикоррупционной стратегии Украины, которая как раз и требовала создать специализированный орган, уполномоченный на розыск имущества, которое может быть конфисковано, с последующим управлением такого рода активами. 

Глава Национального агентства назначается на должность Кабмином на пять лет по результатам конкурса. 

5. Государственное бюро расследований: еще не рожденное украинское ФБР

Наконец, есть еще один орган, который сейчас находится еще в процессе формирования. Это Государственное бюро расследований. Оно должно было быть создано еще к 1 марта 2016 года. По крайней мере, именно с этого дня, согласно закону Украины «О государственном бюро расследований», к нему должны были перейти следственные функции Генеральной прокуратуры. Но так как ГБР к этому времени еще не существовало де-факто, то на некоторое время в судах воцарился хаос – судьи отказывались брать дела от прокуроров. Потом, правда, появилось разъяснение Высшего суда по уголовным и гражданско-правовым делам, по которому до момента создания ГБР все эти функции осуществляет по-прежнему Генпрокуратура.

Когда же ГБР заработает, то к ее подследственности будут входить все преступления, совершенные высшими должностными лицами государства, прокурорами, судьями, детективами НАБУ.

Война за дела неминуема

В сухом остатке имеем как минимум пять новых органа, функции которых в значительной степени дублируются.

К примеру, в функциях того же НАПК прописана та же работа по выявлению сомнительных активов чиновников, что и у НАБУ, не говоря уже о не заработавшем еще Нацагентстве по выявлению и розыску активов. Конфликтов в работе этих органов не избежать однозначно, потому как не выписано четко разграничение функций, как будет происходить их становление и не будут ли они забирать друг у друга хлеб.

К примеру, прокуратура по последним изменениям в законодательство, имеет право еще как минимум два года расследовать дела, которые у них в производстве уже сейчас связанные с коррупцией. Однако часть дел она уже поспешила передать в  НАБУ. Например, недавно глава НАБУ Артем Сытник жаловался, что его бюро завалили сотнями томов дела экс-премьера Павла Лазаренко.

Как шутят эксперты, теперь у каждого сторожа есть как минимум еще двое сторожей. То есть у НАБУ есть САП, который за ним надзирает.

За НАБУ и САПом присматривает НАПК. А за всеми ними ГБР.

Но в то же время никто не воспрещает САП и НАБУ присматривать друг за другом и в том числе за НАПК. А вероятно, и за ГБР также.

Создается атмосфера тотальной подозрительности и неминуемой вражды между этими органами за кусок антикоррупционного пирога. Это при том, что следственные функции у прокуратуры никто не забирает еще как минимум до 2017 года и коррупционными преступлениями они еще с удовольствием позанимаются сами в пику НАБУ.

Что касается Госфискальной службы и СБУ, то им также придется драться за дела, ведь функции борьбы с коррупцией с них тоже никто не забирал. А потому они должны будут демонстрировать бурную деятельность, иначе не будет показателей и наверху могут подумать что у них слишком раздутый штат и стоит его подсократить.

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости