Преступности.нет

С момента назначения Михаила Саакашвили губернатором Одесской области в здании на проспекте Шевченко, 4 обыски проходили трижды. Первый раз - в августе прошлого года - МВД и прокуратура проверяли кабинеты областного совета, подконтрольного нардепу Алексею Гончаренко. Второй раз, уже в декабре, обыски проходили в кабинетах главой по ЖКХ Татьяны Марченко, которую поймали на взятке в почти полтора миллиона гривен. Оба мероприятия были негласно санкционированы губернатором. Но обыск, произошедший в ОГА 26 мая, привел Саакашвили в ярость. Генпрокуратура и столичное управление СБУ нагрянули в кабинет его советника, бывшего консула Грузии в Одессе Тимура Нишнианидзе.

Силовики говорят о хищении государственных средств в Генеральном консульстве в 2011 (!) году, а также растратах средств благотворительного фонда "На благо Одессы", которым руководит Нишнианидзе. Фонд аккумулирует средства на поддержку проектов грузинской команды. 

На основании квитанций, опубликованных после взлома электронной почты Нишнианидзе, появились предположения, что фонд выполняет функцию "кассы" грузинской команды, из которой финансируют самые разные потребности от закупок автомобилей до кейтеринга и рекламы. В интервью "Стране" Нишнианидзе впервые рассказывает об обысках и о том, чем же занимается фонд "На благо Одессы".

В момент интервью Тимур Нишнианидзе находился в Мариуполе на базе украинских военных.

- То есть подписки о невыезде нет?

- Я еще месяц назад планировал улететь 28-го мая в Грузию, на годовщину мамы... У меня был билет, но я принципиально не улетел, чтобы не было вопросов, что я чего-то испугался. Ко мне нет никаких вопросов, граница чиста. Работаю в обычном режиме. Я сам изъявил желание поехать для дачи показаний, потому что этот беспредел ни в какие рамки не укладывается. Они хаотично все забирали, изъяли мои личные сбережения. Они говорят, к вам вопросов нет, чего мы вас будем допрашивать, у нас только ухвала на обыск квартиры и изъятие документов фонда.

- В опубликованном фрагменте постановления указано, что речь идет о двух эпизодах: о работе Генконсульства, и о фонде "На благо Одессы".

- Никакой связи между этими эпизодами нет. Представьте, где моя дипслужба - 2011 и половина 12 года, потом ваккуум 4 года и потом глава правления благотворительного фонда. То, что опубликовано - это, наверное, ухвала, по которой они приперлись в ОГА. У меня есть та, которую они вручили дома. Я знал, что они едут уже не первую неделю. В ЕРДР они внесли еще в марте по 190 статье. Как бы они ни хотели ее применить ко мне, это невозможно, потому что статья говорит о злоупотреблении должностными полномочиями чиновником и растрате госимущества. Но к госимуществу у меня доступа нет, я вообще не чиновник и, к тому же, гражданин Грузии.

- Что сказано в ухвале об обыске дома?

- Мне вручили ухвалу "Международного Печерского суда", который дает ухвалы по всем городам мира. Там говорится о растрате денежных средств благотворительного фонда в размере 14 миллионов. Это полный кретинизм, потому что я глава правления и я действительно распоряжаюсь этими деньгами, но я распорядился уже не 14 миллионами, а в разы большец. Что значит растрата? Это незаконно, потому что это не государственные деньги, этот фонд создан шестью бизнесменами. Они избрали меня официально и я имею право тратить эти деньги - выбросить в пропасть, я имею право дать атошнику Резниченко на протезирование 3 миллиона гривен, я имею право их взять и восстановить сгоревший дом в Шабо. Это мое решение. У вас что, есть заявления со стороны шести бизнесменов о том, что я растратил их деньги? Такого нет. В нарушение моих прав адвоката не допускают, меня изолировали и начали обыск сразу по всем комнатам. Я же не могу уследить, вдруг они что-то подбросят. Были понятие, один парень в майке с наколками, где они такого нашли. 12 человек пришло, они своих привели, которые подписывали все, что им говорили. В ухвале написано "изъятие документов, связанных с благотворительным фондом", уставные документы, и написан перечень компаний, если есть на них документы - тоже изъять. Естественно, я их первый раз вижу, они с фондом не сотрудничали. Все, что они изъяли - оригинал уставных документов, которые у меня всегда с собой в папке, чем реально заблокировали работу фонда. Единственное, оставили печать.  Бухгалтерских документов у меня, естественно, не было. Сейфы я им открыл сам, в моем личном бумажнике они нашли пять тысяч долларов, мои личные сбережения, с которых я живу. Они говорят: "Это не доказательство, мы эти деньги забираем". Подождите, у вас в постановлении написано право обыска, изъятие документов и технических средств. Мой личный компьютер они не забрали, хотя лежал там, мой телефон, планшет они не забрали, зато забрали 5 тысяч долларов, которые не были записаны. "Я следователь, я имею право выйти за пределы постановления, если считаю нужным". Позвонили какому-то начальнику два раза, он дал команду изымать. Сказал, чтобы в суде доказывал, что это личные деньги. Понятие подписали.

- Что-нибудь пропало во время обыска?

- Честно говоря, пропало, но я пока не хочу об этом заявлять. Я не политик, не хочу делать политических заявлений, пропало это очень циничным образом. Была прокуратура шесть человек, и было СБУ из местных. Я их узнал, потому что они поначалу охраняли губернатора, я с ними пересекался. Один из старших в охране был. Я ему говорю на ухо "там кое-что лежало и уже не лежит, так же нельзя".

- Какие-то фамильные ценности?

- Ну, да. У него сразу лицо поменялось, стал передо мной извиняться, вывел меня в другую комнату, стал объяснять, мол, вы же понимаете, у нас команда, мы отрабатываем, вас никуда не собираем, что мы можем сделать. "Я знаю, что вы будете делать пресс-конференцию, пожалуйста, не называйте наши фамилии". Он в ту комнату зашел один, закрылся. Я ему говорю - зачем вы сами заходите? Он говорит - нужду справить, руки помыть, я закроюсь. "Тогда зачем вы сумку с собой берете?". Я даже смеялся, видел все, я 16 лет в Украине, сам офицер, украинским реалиям давно не удивляюсь, но такого не представлял.

- Какая финансовая ценность пропажи?

- Да там не финансовая... Не настолько важно, сколько сам факт. Я вызвал милицию, они приехали после того, как эти уехали. Я говорю факты, а вы как человек, наделенный аналитическим умом, подумайте. Они были у меня дома максимум сорок минут. Ничего не перерывали. Например, открывают шкаф, там костюм висит в чехле - они даже чехол не раскрыли. Прощупали и все. Был поверхностный обыск, не выворачивали подушки и матрацы - какой был порядок в доме до них, такой и остался после них. Зато в администрации, где они хотели сделать шоу, они находились шесть часов в отделе протокола, где я бывал крайне редко. Там сидят 25-летние девочки, которые бумагу подай, бумагу принеси. Они забрали мобильные телефоны троих сотрудников протокола, три рабочих компьютера и шесть часов сидели курили в окно, даже после скандала с Мишей, потому что им нужно было показать всем, что целых шесть часов проходили обыски в ОГА. Если вопрос был бы во мне... Во-первых, 11 год. Я пять лет на украинской земле, никто мне никогда не задавал вопросы. Даже последний месяц. Если есть проблема, приходите ко мне, приходите в фонд...

- А в офисе фонда обыски проводились?

- Нет, конечно! В офисе фонда обыска не было, в бухгалтерию они даже ногой не заходили. Я гендиректор фонда, вдруг я реально эти деньги растратил? Я говорю им - поехали в фонд и пройдемся по всем платежкам. Они не захотели.

- А почему проходил обыск именно в отделе протокола?

- Наверное, потому что... Когда вы приходите, вам же надо где-то находиться? Есть кабинет-проходной двор. Ты приходишь туда переконтоваться. Наверное, потому они туда ворвались. Но там не было ни одной бумаги, там не размещается фонд.

- На фотографиях, сделанных в ОГА после обыска, видно устав фонда.

- Устав фонда они взяли у меня из дому.

- И оставили в обладминистрации?

- Не знаю. Они были разделены, но это же одна контора. Они пришли ко мне где-то в час дня, уехали через сорок минут, не знаю, где они потом фотографировали, что с ними делали. А в ОГА находились где-то до восьми.

- По поводу событий, который стали формальной причиной для обыска. Что это за брендовые вещи и при чем здесь Prada?

- Я могу только догадываться. Вы были за границей? Вы покупали что-то? Оформляли tax free? В аэропорту возвращали себе НДС? Я сейчас могу сказать, что вы нарушили закон, вы присвоили европейские деньги, но это же бред. Любой дипломат, который имеет аккредитацию в другой стране, пользуется иммунитетом и привилегиями Венской конвенции о неприкосновенности. Что говорится о дипстатусе? Любой дипломат освобождается от уплаты налогов. Например, украинский дипломат хочет снять номер в гостинице в Батуми. Он приезжает, ему предоставляют цену с НДС, он достает свою голубую карточку дипломата, где написано, что он освобожден от уплаты любых налогов и т.п. Сразу гостиница минусует НДС и он оплачивает без налога. Где бы он ни пришел - в магазин, ресторан, - он не обязан его оплачивать. Почему я говорю Грузия? Грузия взяла пример с европейских стран и сразу на месте у дипломатов НДС отминусовывают. В Украине до сих пор работает старая советская фискальная система, где кем бы ты ни был, в нарушение международных правил дипломата заставляют платить НДС. Международный договор стоит выше любых законов и коррумпированной прокуратуры. Я имел машину, которую я растаможил и при регистрации не платил налог. Арестуйте меня, значит я укрыл налоги. Даже если я фанат и сумасшедший, мне некуда деньги девать, я хочу заплатить налог на машину - украинская налоговая, ГАИ, МРЭО не имеют права выписать мне квитанцию, потому что я дипломат. Я работал дипломатом с 2006 года, сначала четыре года в посольстве, потом два года в Донецке генеральным консулом, потом полтора года в Одессе генеральным консулом. Везде я пользовался этими привилегиями, как и все посольства и, естественно, когда что-либо покупал - обувь, штаны - вы берете фискальный чек...

 

 

- А почему именно сейчас обыск? 

- Миша дал интервью The Gurdian, в котором проехался по всей власти, выступил Сакварелидзе, сказал, что создает свою партию. Но мне удивительно, при чем тут я. Я же не являюсь чиновником, не работаю в ОГА.

- А советником Саакашвили вы являетесь?

- Нет, конечно. Ну вот у меня есть 12 волонтеров, они могут называться помощниками, но они не являются ими официально, в благотворительном фонде не числятся. Они сделали это самым циничным образом - на день независимости Грузии всей стране, где Саакашвили готовится к выборам, показать, как они с ним поступают. 

- А как вы возглавили фонд «На благо Одессы»?

- Сам фонд был создан до нашего прихода, еще даже до прихода губернатора Палицы (2014-2015 г.г. - Ред.) - при Немировском (2014 г. - Ред.), когда были трагические события 2 мая. Тогда несколько бизнесменов объединились. Это была инициатива Аднана Кивана, если мне память не изменяет. Как они говорят, они решили, что в городе была опасность какого-то развития тех событий, как раз после оккупации Крыма и событий на Востоке. Я понимал, что сепаратистские силы стараются раскачать обстановку в Одессе, это была на самом деле спланированная акция 2 мая. Они (предприниматели - Ред.) поняли, что нужна поддержка и бизнес не может оставаться равнодушным. Так как УВД очень слабо сработало, они сказали: если государственный орган не работает нормально, давайте создадим какой-то орган и будем эффективно «втручаться». Так как они не могут по-другому участвовать, они решили создать фонд и все вопросы, которые они могут поддержать, строго благотворительные, проспонсировать. Так как это решение было принято, один из учредителей автоматически стал директором фонда, хотя изначально было видение взять какого-то менеджера. Есть доноры - бизнесмены, им некогда заниматься вопросами бухгалтерии. После того, как обстановка в Одессе поменялась, пришел новый губернатор и задекларировал изменения и реформы, они решили, что никакой опасности больше не предчувствуется, город вышел на уровень развития. Они сказали - фонд не может оставаться на стороне, давайте кого-то изберем. Они искали кого назначить, и это была их инициатива. Сказать, что я охотно рвался - нет, сказать, что я сегодня рад - нет...

- Почему?

- Я 16 лет живу в Украине. Я бывший генеральный консул Грузии, последних два года я жил в Одессе. Я этих людей знал - каждого из учредителей лично. Сказать, что они взяли какого-то грузина безызвестного - нельзя, в городе политический и бизнес круг меня достаточно хорошо знал, потому что моя работа заключалась в том, что я интегрировался в эти круги. Я недолго думал, принял решение, потому что я тогда не работал. После того как прошел срок моего консульства, я был откомандирован обратно в Грузию. Периодически приезжал в Украину, но, в принципе, занимался своими частными проектами, стабильной должности у меня не было. Я согласился, потому что мне импонировали те реформы, которые делает Саакашвили, думал - почему бы и нет. Он губернатор, я во время его президентства работал. 28.08 я возглавил фонд. Это коллегиальный орган, любое решение принимаются коллегиально. Я директор, я исполняю волю тех бизнесменов, которые являются учредителями.

- Вы попали к Саакашвили как представитель фонда, или вы попали в фонд как представитель Саакашвили?

- Никакого отношения к Саакашвили фонд не имеет. Не знаю, в это сложно верить или несложно, но я вас заверяю, что любой проект, который мы делаем, мы делаем самостоятельно. Есть проекты, по которым с предложением выходит губернатор. Допустим, те же блокпосты в Мариуполе - это была инициатива губернатора. Была изначально инициатива бизнесменов поддержать какие-то проекты. Допустим, открытие Центра админуслуг. Это проект, который делает губернатор, фонд собирается и говорит - мы хотим поддержать, что там надо? Я иду, интересуюсь этим проектом, что нужно. По этому проекту, например, так как у них маленькая зарплата - это отдельная история, почему задекларировали одно, а теперь другое, специально (городской совет, в ведении которого находится Центр - Ред.) выкручивают руки, сделали маленькую зарплату, чтобы люди стали увольняться и наш проект себя не оправдал). В Центре обслуживания граждан 83 человека. Я решил придумать форму стимулирования этим людям - питание. Это в день тридцать гривен, то есть я придумал талоны, и 83 человека кушало в буфете.

- А что они кушают на тридцать гривен?

- Ну мы тоже ж не можем себе позволить, мы просто придумали. В этом буфете на 30 гривен можно взять первое и второе без фанатизма - салат и отбивную. 83 человека кушали на 30 гривен в день каждый. Это было два месяца - ноябрь и декабрь. За два месяца я оплатил 130 тысяч гривен. Центр находится в Финбанке. Вы знаете, что это за здание. Юридически это здание Кауфмана (одесского бизнесмена, собственника аэропорта - Ред.). Там же находится этот буфет. Как оказалось, этот буфет подчиняется ресторану «Бристоль» в одноименной гостинице (также принадлежит Кауфману - Ред.). Мы заключили договор, оплатили услуги питания за два месяца. Эти начали говорить о каком-то кейтеринге в «Бристоле» для губернатора. Полнейший абсурд! Если даже до этого дойдет, мы придумаем, как это красиво сделать (смеется). Этих людей (сотрудников Центра - Ред.) всех опросили - по депутатскому запросу Голубова. Давал и я показания НАБУ, что ничего не было, вот они кушают, вот талоны.

- Это то дело, которое закрыли?

- Безусловно. Второй вопрос - «мы в конверте раздаем зарплаты». Что такое 30 гривен? Это стимулирование, но это не то. Мы сели с управляющими этого центра и я говорю - давайте так. Люди новые, давайте мы устроим тренинг. Они выдают разные справки, это миграционная служба, разные органы. Тренинг - это платное дело. В уставе предусмотрено, что мы можем проводить обучение. Мы провели однодневный тренинг, организовали, все обеспечили. Название тренинга есть в документах. Сервис плюс. В связи с успешным прохождением обучения 80% людей и официально на карточку фонд перечислил каждому по тысяче гривен. Это - «винагорода у зв’язку з успішним проходженням навчання». Мы почитали закон, там написано, что если годовое вознаграждение госслужащего не превышает заработную плату, это не считается коррупцией. Мы изучили это вдоль поперек. Три дня их допрашивали! Мы же хотели хорошее сделать. Я же не пошел не построил дачу. Мы людям отдали, чтобы они нормально работали.

Был список этих людей, и этот список оказался как-то у Голубова. Он все ломает, достал из Viber всю переписку. Больше нигде этих списков не было. Ничего секретного в этом нет.

- На сайте, где размещена взломанная переписка, опубликованы счета за оплату дорогостоящей рекламы на центральных каналах.

- Еще раз напомню, фонд - это коллегиальный орган. Это люди, которые вкладывают свои деньги. Ни Голубову, ни НАБУ - это частное дело. Я заработал сам, я могу взять это и выбросить в урну, могу подарить, могу потратить. Это же не государственные деньги. По поводу рекламы, я могу показать договор и сверите даты. Выборы мэра состоялись 27 ноября. Говорят, что чуть ли не оплатили рекламу Боровика, но можете посмотреть ролик, там не говорится о Боровике вообще ничего. Во время предвыборной кампании в Одессе благотворительный фонд ни одну гривну ни за Боровика, ни за кого-либо другого за политическую рекламу не платил. Договоры подписали и платежка ушла, по-моему, 30 числа, то есть спустя три дня после окончания предвыборной гонки. То есть два дня уже Труханов был мэром, так что это бред, что мы за какую-то рекламу платили.

- Но у Боровика же были намерения участвовать во втором туре.

- Но какие намерения, если 29 числа было решение городской комиссии о признании мэром Труханова. Состоялось заседание горсовета и сессия признала его мэром.

- Однако Саакашвили не признавал это решение.

- Так до сих пор возмущаемся, я в том числе. Но юридически одно к другому отношения не имеет.

- То есть реклама на Интере была после выборов. А какой тогда в ней смысл? Зачем тратить столько денег на рекламу уже после выборов?

- Вы видели эту рекламу?

- Видела. Там Саакашвили и члены его команды.

- Да! Там не говорится о Боровике вообще! Там говорится о проектах.

- Мы же понимаем, что это может быть использовано как манипуляция. Ясно, что идут выборы, «кандидат от Саакашвили» на выборах в Одессе - это Саша Боровик. Когда рекламируется вся команда Саакашвили, рекламируется и кандидат в мэры.

- С таким подходом если бы мы эту рекламу запустили сегодня, нас бы и то обвинили в грехах.

- Сейчас бы это истолковали как рекламу собственной партии.

- С таким украинским подходом можно сидеть со связанными руками и ничего не делать, потому что на любой правильный шаг найдется контраргумент. Почему я на эти вещи не реагирую? Я знаю, что я прав перед своей совестью, перед Господом Богом, я знаю, что делаю правильные вещи. у меня есть правление, перед которым я отчитываюсь. То что остальные 45 миллионов не знают или не верят - ради Бога. У нас свобода слова в стране. В конце концов, есть правоохранительные органы, пускай задают вопросы, у меня на них есть четкие ответы. Тем более, я уже три раза давал показания по этому поводу.

- А сейчас подобные ролики идут?

- Нет.

- Почему тогда они появились сразу после выборов, а сейчас их нет?

Когда ты что-то делаешь, тебя бьют по рукам за это. Стараешься, чтобы руки не опускались, но желание теряется. Надо или не надо? Может другой какой-то проект найдем. Почему мы рекламу профинансировали. На очередном собрании правление сказало, что пришла команда, они что-то делают. Это не была просьба губернатора. У губернатора нет проблем с эфирами на каналах. Это была наша инициатива, фонда. Давайте мы покажем всей стране, что делается в Одессе, чтобы другие города такое захотели. Давайте разрекламируем, что мы, одесситы, это не только 2 мая - у нас все хорошо. Мы поговорили с двумя каналами, хотели три, но третий не получилось - 1+1 нас не запустил. Интер и СТБ, если мне память не изменяет. Посчитали три миллиона гривен для тех роликов. Потом произошли изменения, нам Интер обратно вернул деньги. Они прекратили показ рекламы. Договор подписали, сами же нарушили. Не знаю, что произошло, они сказали, что была команда с телеканала снять эти ролики. Наверное, Фирташу что-то не понравилось. Мы могли пойти в суд, но решили - ради Бога. 1,9 млн грн они вернули обратно. Только миллион с копейками обошлась эта реклама нам. Мы просто заплатили за рекламу, в которой говорилось, что в Одессе есть какие-то изменения. Эта реклама чисто социальная. Единственное, политикой попахивает то, что там есть надпись «Солидарность». Это было требование Киева, чтобы все, что делает Саакашвили, проходило под брендом «Солидарность».

- Канал Коломойского сообщал о том, что якобы один из учредителей решил выйти из фонда, потому что у него вымогали деньги на проекты Саакашвили. Подразумевалось, что речь идет о совладельце ТИС Андрее Ставницере.

- Переройте все интервью по фонду, вы не найдете ни одного заявления ни одного учредителя фонда, тем более Андрея Ставницера, моего дорогого близкого друга, который мне три дня звонит, спрашивает, чем помочь и как поддержать. Это была какая-то провокация, после чего он на фейсбуке заявил, что никуда не уходил и является соратником Саакашвили. За все время моей работы в фонде ни один человек не вошел и не вышел из состава учредителей.

- Сколько автомобилей приобретал фонд и для каких целей?

- Фонд обладает шестью автомобилями. Там пишут - "дорогие иномарки". Я, например, езжу на Toyota Corolla, это машина фонда, которую я покупал у официального диллера в Одессе за 490 тысяч гривен, это 19 тысяч долларов. Если это считается дорогой иномаркой, ну, я тогда не буду спорить. Три автомобиля куплены еще во время Аднана Кивана, бюджетные Nissan X-Trail, стоили тоже, по-моему, 400 с чем-то тысяч. Куплены были в Кривом Роге, потому что там Nissan дал самую низкую цену. Один внедорожник Chevrolet, самый несчастный, ниже Toyota Corolla я нашел только этот джип. Купил у официального диллера в Одессе за 400 с чем-то тысяч. Это самый дешевый джип, который только можно было найти.

- Насколько мне известно, Саакашвили иногда передвигается на Toyota RAV4, принадлежащем фонду.

Этот автомобиль стоит у меня в фонде, у водителя есть вторые ключи, когда надо - пожалуйста. Мы используем эти автомобили в благотворительных целях на разных проектах фонда. Допустим, или я, или мои едут в Мариуполь, это достаточно часто. Мне арендовать машину и тратить на это деньги? Четыре раза съездить в Мариуполь на арендованной машине - то же, что купить машину. Я в Шабо строю дом, два раза в неделю бываю там. Ездит прораб, ездят волонтеры. Через две недели закончу дом и просто посмотрите, что было после пожара и что будет сейчас. Есть служебные вопросы, а как иначе. Какой директор сюда не придет, все автомобили останутся на балансе фонда.

- Вы говорили, что вы единственный сотрудник фонда.

У меня есть бухгалтер. Я же должен как-то справляться с этими бумагами, акты приема-передачи на Минобороны, на военную часть. Я сейчас купил биноколь и передаю его нашим ребятам в Мариуполь. Нужно оформлять документы, я же не буду его сам печатать. Есть люди, которые это делают. Это волонтеры. Та же Наташа Пранжу, та же Кручинина, та же Инна... Я два бинокля сейчас купил по просьбе Пранжу для бригад, к которым она ездит. Когда они куда-то едут, я сажаю людей (в авто - Ред.). Было бы идеально взять в штат еще одного подписанта. Он бы ставил подписи, бухгалтер бы собирал документы, я бы курил бамбук. Но надо платить зарплату, потом будут говорить, что Нишнианидзе набрал десять человек и растрачивает средства на зарплату. Я их не оформлял, но физически они есть. Они не получают ни одного гроша из фонда, они загораются тем, что помогают.

Изменилось ли в вашем фонде что-то после того, как его стали ассоциировать с Саакашвили?

- Я не вспомню название компании, которая в прошлом году после осуществления нами пары проектов, написали письмо, что мы узнали о вашем фонде, есть желание участвовать в проектах, потому что видим будущее команды, которая это делает. У них тоже ассоциировалось как фонд губернатора. Но у нас есть куча своих проектов.

Скажу честно, особой разницы в поступлениях между тем, что было до меня и после - нет. До меня, по-моему, было 19 миллионов, но я могу ошибаться, цифры всегда плохо запоминаю, но я могу эти цифры показать, без проблем. В фонде учредители были изначально и кроме шестерых-семерых я никого не вижу. Там, по-моему, девять учредителей. Тот же хорошо известный контрабандист Шерман, которого я в глаза не видел, но он в этом фонде. Он не ходит и ни одного гроша не платил. Там есть Грановский, бизнес-партнер Кауфмана, но ни одну гривну при мне они не вносили. Есть шесть человек, которые участвуют. Два грузина в этом фонде - Важа Иукуридзе, это компания «Шабо», и Олег Джумбертович Кутателадзе (ТИС). Так вот они после очередной пресс-конференции Голубова звонят и говорят - мы еще хотим собраться и перечислить деньги в фонд. Мы найдем, как еще поддержать эту команду.

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости