Татьяна Попова
Татьяна Попова, фото: facebook.com

Замминистра информации Татьяна Попова подала в отставку. Как она сама объяснила - из-за атак на журналистов и на нее лично. Информационная кампания против Поповой началась в мае. Тогда сайт "Миротворец" опубликовал личные данные более четырех тысяч журналистов, которые получали аккредитацию в "ДНР"/"ЛНР". С однозначной трактовкой, что они предатели. В том числе, туда попали и журналисты иностранных изданий.

Попова выступила против этого поступка - и тут же сторонники "Миротворца" начали на нее массированные нападки. Они требовали увольнения замминистра - но сделала это Попова только сейчас, спустя несколько месяцев после скандала. В интервью "Стране", Попова рассказала, кто стоит за атаками на журналистов, почему она решила уходить именно сейчас, и как история с "Миротворцем" повлияла на имидж Украины. 

- Почему вы решили уйти именно сейчас? В чем причина?

- Было уже просто опасно оставаться для моей репутации человека, который 20 лет проработал в медиа-бизнесе. И я не могла оставаться в правительстве и не иметь возможности реагировать на атаки на журналистов. Которые абсолютно не расследуются. Первый раз я написала заявление еще в мае, сразу после скандала с Миротворцем. Меня попросили поработать до августа. Первого числа я написала заявление, но Кабмин перенесся на следующую неделю, поэтому мне нужно ждать увольнения еще неделю.

- То есть вы еще на своей должности?

- Да.

- Почему министр информполитики Юрий Стець просил вас остаться?

- Задайте этот вопрос ему. Это была его личная просьба остаться хотя бы до августа, я согласилась.

- Но еще тогда в мае, министр говорил, что ваши заявления по Миротворцу – это ваша личная позиция.

- Через две недели он поддержал мою личную позицию.

- А какова вообще позиция министерства?

- Она указана на сайте, где говорится, что мы считаем неправильной эту публикацию, но также просим понять – министерство не может влиять на независимый ресурс. И это правда – мы действительно не можем на него влиять, как видите. В последнее время участились угрозы, избиения журналистов, нападения на журналистов, а потом случилась жуткая история с убийством Павла Шеремета. Раньше мы раз в месяц делали заявления на сайте министерства об угрозах и нападениях на журналистов. А сейчас мы что, должны делать заявления каждые три дня? И что происходит с этими расследованиями? Ничего. По факту получается, что мы вообще никак не можем повлиять на то, чтобы расследования по угрозам журналистов реально проводились. Следователь, к которому я пришла с угрозами об убийстве, которые мне приходили, спросил – а чего вы вообще вписались за журналистов, ведь Миротворец не сделал ничего плохого. Это был следователь МВД. Он не понимал, как зависит демократия в стране от свободы слова и насколько важно расследовать угрозы и нападения на журналистов.

- Расскажите подробнее об угрозах в ваш адрес.

- Они начались с 13 мая. Утром писали, что я якобы закрыла Миротворец и объединила антиукраинских журналистов. Угрозы поступали активно дней шесть, до того, как Миротворец опять открылся. Это, кстати, было их собственное решение – закрыться, а потом открыться. И именно в этот промежуток поступали самые серьезные угрозы – об убийстве меня и моих родственников. Дальше были "уволься, сука" и в таком духе.

- Обращались ли вы в правоохранительные органы по факту угроз?

- Один из депутатов (не называю фамилии, потому, что не хочу делать рекламу), который активно поддерживал Миротворец с самого начала, и анонсировал слив персональных данных, сказал: все это неправда и никакие угрозы никому не поступают. Хотя уже были статьи на сайте института массовой информации и на Детектор медиа; были заявления на Facebook самих журналистов со скринами этих угроз. Я тогда выложила пять угроз, которые поступили в первые дни, когда меня обвинили в том, что я не совершала. И тогда депутат перестал это комментировать. Но я, естественно, пошла и подала заявление следователю. Но он, как я уже сказала, оказался непонимающим.  

- Оцените, как замминистра информации, насколько этот скандал с Миротворцем ударил по внешнему имиджу Украины?

- Я считаю, что это, наверное, самый сильный удар, который получала Украина в информационном международном пространстве за последние два с половиной года. То есть, со времен Майдана. Потому, что войну с международной прессой еще никто никогда не выигрывал. В принципе, и с украинской тоже. Мы видим, что партия, представители которой поддержали публикацию данных журналистов, в итоге, попали в списки врагов прессы. Насколько я знаю, рейтинг у них стал еще меньше, чем был раньше. Я не понимаю, как человек, который позиционирует себя, как патриот Украины, может вот так Украину подставить. Ведь сейчас, когда появился этот новый взлом, мы видим, что напротив большинства международных СМИ, стоит пометка: они русофобы, это пропагандистское СМИ, действующее против РФ. Так, может, стоить извиниться перед этими журналистами?

- Как вы думаете, та новая переписка якобы представителей украинских телеканалов с "МГБ ДНР" – она правдивая или нет?

- [Корреспондент "Новой Газеты" Павел] Каныгин подтвердил, что он действительно переписывался и получал такое письмо. Громадському ТВ там дали четкий отказ. Да, они написали – надеемся на сотрудничество. Но слушайте, если вы хотите сделать сюжет, вы и дьяволу напишите – надеемся на сотрудничество. Но им отказали. А то, что люди, которые фигурируют в переписке от ТРК Донбасс и Интера, уже давно высланы из страны, доказывает, что СБУ у нас хорошо работает. Но обвинять сразу все фигурирующие каналы – я бы не торопилась.

- А кто стоит за последней информационной кампанией против Украинской правды и Громадського?

- Ну, мы же видим, кто это делает. Это откровенные тролли и боты, которые поддерживают одну политическую силу.

- Как правило их атакуют блогеры, которых условно называют "порохоботы", а также блогеры, связанные  с нардепами Народного фронта. Это на самом  деле одна сила какая-то по вашему ими управляет?

- Я не думаю, что на сегодняшний день "порохоботы" - это правильная формулировка. Скорее эти фабрики троллей уже работают на отдельных политиков из другой политической силы. Но это повод для отдельного журналистского расследования

- Вы говорили, что давление на журналистов усилилось. С чем оно связано? 

- Возможно, некоторые политики, может быть и крупные бизнесмены, или политики, сращенные с крупными бизнесменами, считают: если они дискредитируют журналистов, то люди им не будут верить. Поэтому они смогут изменить свой результат на потенциальных выборах. Но все это глупо, потому, что аудитория соцсетей ограничена достаточно небольшим количеством людей. Кроме того, все больше и больше появляется расследований по этим бот-фермам. И когда их выведут на чистую воду, честно, будет очень смешно наблюдать за их попытками. А на большие медиа такие атаки вообще никак не влияют. Мы помним ситуацию с Миротворцем: на телеэкранах картинка была, что зачем гнобить журналистов, а в Facebook была лавина ненависти от троллей.

Вы обвинили нардепов Антона Геращенко, Андрея Тетерука и Дмитрия Тымчука  в давлении на СМИ. Что вы имели в виду?

- Я имела в виду, что они поддерживали Миротворец, а публикация Миротворца давила на СМИ.

- Но смотрите, Миротворец же появился не вчера. И был скандал с убийством Бузины и Калашникова. Почему тогда это не вызвало резонанса?

- Потому, что 4 тысячи журналистов – это очень много. Но я думаю, стоит разобраться с этим (публикацией данных Бузины и Калашникова. – "Страна"), тем более, сейчас, когда Миротворец зарегистрировался как СМИ. Если это правда.

- А как вы думаете, зачем нужно было регистрироваться как СМИ? Ведь это накладывает определенные обязательства. Скажем теперь, за публикацию недостоверной информации, или персональных данных можно будет подавать в суд. 

- Для меня это загадка. Точно так же, как для меня загадка - зачем нужно было публиковать данные журналистов.

- Ваши оппоненты обвиняли вас и министерство в целом в том, что информационная политика государства полностью провалена. Да и в целом, многим непонятно, чем занимается министерство. Что вы можете ответить на это?

- Я могу сказать, что если бы нам выделяли больше, чем 3,8 млн. грн, а сотрудников было бы больше, чем 20 человек, то, возможно и мы бы делали больше. При этом, мы поставили за 1,5 года 60 передатчиков для трансляции украинских каналов в АТО, а это +30% к тому, что там когда-либо стояло. Это дает положительный эффект, потому, что мы видим, что начинают расти даже проевропейские настроения. Раньше, 25 лет, этим никто не занимался. Например, в Крыму, у 5 канала был один передатчик. Их просто туда не пускали.

- Но если Миниформполитики не выделяют бюджет, есть ли смысл в его существовании?

- Есть Укринформ и ЮА ТВ, и там бюджеты выделяются. Но я этим не занимаюсь и не могу комментировать. Плюс мы печатаем две газеты за деньги доноров – это Донецкая правда и Крымское слово. Пока у нас нет возможности вещать на оккупированных территориях, мы приносим такие газеты. 

Ваши оппоненты, обвиняющие вас в бездействии, отмечают, что вам так и не удалось создать систему контрпропагадны по отношению к стране-агрессору, а ведь именно в этом была задумка создания министерства.

- Мы стараемся избегать пропаганды в газетах. Нейтральные и полезные материалы воздействуют на людей намного лучше. Я знаю, что существует мнение, что мы должны вести пропаганду, но я категорически против. Пропаганда выигрывает тогда, когда информационное пространство полностью закрыто, хорошо контролируется и на это есть очень большой бюджет. Чтобы люди поверили в фейк, он должен быть очень качественным. Поэтому их может себе позволить Россия. Но мы никогда не будем полностью закрытым информационным пространством. Нам не позволят это сделать наши западные партнеры.

- Вы слышали о том, что журналистов ставят на прослушку?

- Нет, но если это так, то это очень неприятно. Возможно, некоторые политики, считают, что это должно работать.

- Как вы можете оценить ситуацию со свободой слова в стране – она ухудшилась или улучшилась?

- Ну, она в любом случае лучше, чем во времена Януковича, потому, что тогда на журналистов нападали представители органов власти. Сейчас это, в основном, частные лица. Печально, то, что это не расследуется. Я бы сказала так – в прошлом году было свободней. Как минимум, не было таких частых нападений, не было терактов в центре города. Я очень надеюсь, что мое заявление повлияет на то, что к нападениям на журналистов начнут относиться серьезнее.

- Как на ваше заявление об уходе отреагировал ваш руководитель - Юрий Стець, или руководство правительства? Пытались ли вас отговорить?

- Когда я принесла аналогичное заявление 16 мая, министр меня отговорил. Мы оба надеялись, что ситуация с расследованиями угроз журналистов улучшится. Но этого не случился и сегодня мое заявление уже подписано. 

- Чем будете заниматься?

- Тем же самым, чем сейчас, но уже как волонтер.

- Возвращаться на госслужбу не планируете?

- Не в этом правительстве. Я хочу работать с теми людьми, которые ценят важность свободы слова и строят демократическое государство. В этом правительстве есть люди, которые не понимают, почему важно расследовать нападения на журналистов. Мне с ними не по пути.

- Кого вы имеете в виду, говоря, что они не понимают, почему важно расследовать нападения на журналистов?

- Тех, кто должен расследовать угрозы и нападения и не делает этого. 

- То есть, силовые органы? 

- Нет. Сугубо те, которые входят в структуру МВД.

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости