В окрестностях города Алеппо, Сирия
В окрестностях города Алеппо, Сирия, syriahr.com

В последние дни резко обострилась ситуация в Сирии и вокруг нее. Говорят о скором вторжении в страну Турции и Саудовской Аравии, с последующим неизбежном их столкновении с российскими войсками со всеми отсюда вытекающими последствиями. На границе турецкие войска начали ведут обстрелы позиций курдов. Мы разбирались к чему все идет и чего ждать Украине. 

1. Что изменилось сейчас в Сирии, из-за чего такое обострение?

В пятилетней гражданской войне наметился коренной перелом. Правительственные войска Башара Асада после года отступлений и поражений при поддержке российской авиации и иранского экспедиционного корпуса как никогда близки к разгрому своих противников в северо-западной части страны. Крупнейший город страны Алеппо, контролируемый повстанцами, почти полностью окружен, правительственные солдаты и их союзники ведут бои уже в 25 км от турецкой границы. Оппозиционные Асадуразличные группировки в регионе: от прозападной Сирийской свободной армии до филиала Аль-Каеды Фронта ан-Нусра – поспешно отступают в сторону Турции. Вместе с ними бегут тысячи мирных граждан, опасающихся репрессий со стороны режима. Уже около 70 тысяч скопилось в приграничной полосе. Турки отказываются их допускать на свою территорию, где и без того скопилось до 2 миллионов беженцев. Западные столицы и Анкара обвиняют российскую авиацию в ударах по гражданскому населению и обострению и без того крайне острого миграционного кризиса. Москва последовательно все отрицает, но признает, что значительная часть ударов ее авиации действительно приходится на провинцию Алеппо. При том, что в этой провинции позиции Исламского государства крайне слабы, а вот все остальные антиасадовские  группировки базируются преимущественно в этом районе.

2. Почему со столь резкими заявлениями о возможности вмешательства в войну начали выступать Турция и Саудиты? Почему действиями России недоволен Запад?

По сути, вмешательство России в гражданскую войну в Сирии изменило весь ее ход. Если еще летом аналитики предрекали скорое падение Дамаска и бегство Асада, то сейчас уже ясно, что режим не только устоял, но превратился в самого сильного участника противостояния. При всей запутанности ситуации в Сирии в целом можно утверждать, что, если дела дальше пойдут в том же направлении, скоро в конфликте останется только три дееспособных игрока: правительство, курдские военные формирования на севере и Исламское государство, контролирующее восток Сирии. Это означает выход из игры всех группировок, на которые ставили Запад, арабские монархии Персидского залива, но, главное, Турция. Именно Анкара чувствует себя наиболее проигравшей. Асад и курды – ее враги. А Исламское государство, восстановившее своими терактами и насилием против себя весь мир, никак не годятся в открытые союзники Турции. При этом ставки у турецкого лидера Редждепа Эрдогана так же высоки, как у Кремля на Донбассе: поражение в борьбе за Сирию окончательно похоронит надежды Анкары хотя бы частично восстановить влияние в ближнем зарубежье. 

Изначально Эрдоган поверил в идею неосманизма, основанного на том, что вестернизированная  умеренная версия турецкого ислама в сочетании с экономической и военной мощью страны позволят Турции ввязаться на выгодных позициях в борьбу с Ираном и Саудовской Аравией за влияние на Ближнем Востоке. На заре Арабской весны многое помогало этой ставке Эрдогана. В Тунисе, Ливии и, главное, Египте к власти пришли дружественные Анкаре исламисты. Восстание против проиранского режима  Асада в Сирии еще больше надежды турок. С тех пор многое изменилось. Ливии погрузилась в гражданскую войну, Тунис сотрясают политические кризисы, Братья-мусульмане доправились  в Египте до того, что их свергли военные при поддержке Саудовской Аравии и под крики ликования светских жителей крупных городов. И вот теперь неудача в Сирии. Как Москва после Майдана в Украине, турецкое руководство решило, что дальше отступать некуда.

3. Что может предпринять Турция действительно введетвойска в Сирию?

Турецкие войска сконцентрированы у границы с Сирией и грозят применить силу, если армия Асада продолжит наступление на север. Никого при этом в Анкаре не смущает, что речь идет о территории другого государства. Многие аналитики верят, что Эрдоган не блефует. Одновременные успехи Дамаска и курдов создают для турок ситуацию, когда лучше нанести превентивный удар. Проблема в том, что, войдя на территорию Сирии, турецкая армия неизбежно столкнется с россиянами. Либо в воздухе, либо на земле, где в рядах правительственных войск немало советников из России. И тогда РФ и Турция окажутся в состоянии прямой войны. О том, что в Москве агрессивные действия Анкары расценят именно так, свидетельствуют начатые на днях масштабные учения войск Южного округа. Эти маневры вызвали большую нервозность в Киеве. Однако несмотря на то, что внезапная проверка боеготовности проводится на прилегающей к Украине территории и в оккупированном Крыму, адресатом угроз является не Петр Порошенко, а Реджеп Эрдоган.

При этом по факту турки уже воюют с курдами на сирийской территории, как это ранее делали на своей и в Ираке. Именно курды, а не ИГИЛ видятся Анкаре злейшим врагом, против которого все средства хороши. Артиллерийские удары по позициям курдских Сил народной самообороны (YPG) в Сирии начались после того, как те захватили военный аэродром Миннех. Он находится к северу от стратегически важного города Алеппо и позволяет курдам расширить свое влияние еще ближе к турецкой границе.

4. Какова позиция Запада?

Запад оказался в сложном положении. С одной стороны, ни в ЕС, ни, тем более, в США никто не рад обеспеченных российскими бомбами успехам Асада. С другой – ввязываться в прямой конфликт с Россией во имя великодержавных амбиций Турции там тоже никто не хочет. Этот дефицит поддержки уже вынудил Эрдогана сделать нервное заявление о том, что американцам нужно выбирать между ним и курдами, которых в Вашингтоне считают самым ценным союзником в борьбе с Исламским государством. 

Западные страны уже жестко потребовали от Анкары прекратить удары по сирийским курдам. 14 февраля премьеру Турции Ахмету Давутоглу позвонил вице-президент США Джо Байден, чтобы лично призвать политика прекратить наносить удары по территории Сирии. Байден убеждал Давутоглу: США и так делают достаточно для того, чтобы сдерживать продвижение курдов в разумных пределах.

Ранее со схожим заявлением к Анкаре обращался МИД Франции. По его мнению, артиллерийские удары по провинции Алеппо, которые Турция ведет с минувшей субботы, резко дестабилизируют и без того тревожную обстановку в Сирии. Но пока все это не действует. 

5. Как это все скажется на борьбе с исламским государством?

Именно ИГИЛ более всего выигрывает от столкновения амбиций великих держав. Пока Турция и Саудовская Аравия с одной стороны, а Иран и Росси с другой грозятся друг другу исламисты имеют шанс не только сохранить свои позиции, но и вновь перейти в наступление. В любом случае ближайшие недели станут во многом определяющими для гражданской войны в Сирии, которая имеет все больше шансов превратиться в империалистическую. 

6. Насколько действительно вероятна масштабная война с прямым участием Турции в Сирии?

По сути, Турция давно была вовлечена в конфликт. С 13 февраля она открыто втянулась в войну с курдами. Однако именно раздражение, которое такие топорные и не укладывающиеся в логику борьбы с ИГИЛ действия турок вызывают на Западе, даёт основания полагать, что Эрдоган не решится на большее. Прямой ввод войск в Сирию поставит Турцию на грань вооружённого Столкновения с Россией и Ираном, в котором ей придётся сражаться в одиночку. В такой ситуации ни США, ни НАТО в целом вступаться за Анкару не станут. Вашингтонский договор подразумевает коллективную оборону, а не коллективное нападение. Поэтому на масштабное вторжение Эрдоган вряд ли решится, но и курдам или войскам Асада установить полный контроль над полосой примерно в сто километров вдоль границы он тоже позволять не намерен. Эмоции зашкаливают, ставки в игре растут, и никто не может гарантировать, что великие державы в итоге не схлестнуться в большом противостоянии. Однако точно ясно, что в мировую войну это не перерастёт. Столкновение амбиций Путина и Эрдогана само по себе не может втянуть в конфликт Запад в целом. А та же Саудовская Аравия умудряется вести конструктивный диалог с Москвой, несмотря на неформальный союз с Турцией по сирийскому вопросу.

7. Как обострение ситуации в Сирии скажется на Украине и на Минском процессе?

Разрастающийся конфликт на Ближнем Востоке отвлекает внимание от Украины. Как на Западе, так и в России. Сирийский кризис в таких условиях только увеличивает риск заморозки ситуации до лучших времён. Когда ни одна из сторон конфликта не может добиться урегулирования в выгодных для себя рамках, обычно предпочитают затянуть само урегулирование в ожидании, что соперник "моргнёт" первым. Сейчас у ключевых игроков все меньше времени на такой сложный процесс как Минский. А без внешнего вмешательство он рискует пробуксовывать еще очень долго. До тех пор пока либо Россия и Запад не придут к общему знаменателю по сирийскому вопросу (что откроет дорогу и к решению украинских проблем), либо, наоборот, до тех пор пока на ближневосточных фронтах одна из этих сторон не потерпит решительное поражение, что, очевидно, приведет к ослаблению ее позиций в контексте Украины.

Подписывайся на "Страну" в Telegram. Узнавай первым самые важные и интересные новости